— Мой любимый вид спорта, — сказал он охрипшим от волнения шепотом, который ему самому показался совершенно чужим и незнакомым, — заниматься с тобой любовью.
В глазах Джулии светилась любовь, которую она больше и не пыталась скрывать.
— А любимая еда? — дрогнувшим голосом спросила она. В ответ Зак наклонился и нежно поцеловал ее в губы.
— Ты."
"И в это самое мгновение он понял, что вычеркнуть Джулию Мэтисон из своей жизни для него будет тяжелее, чем услышать за спиной звук захлопывающихся тюремных ворот, как это произошло пять лет назад.
Не отдавая себе отчета а том, что он делает, Зак покрепче обнял Джулию, зарылся в ее волосы и закрыл глаза.
От мрачных раздумий его отвлекло нежное, успокаивающее прикосновение ладони Джулии к его напряженному лицу. Она старалась говорить как можно спокойнее, но ее выдавала легкая дрожь в голосе;
— Ты собираешься завтра отправить меня домой, да?
— Да.
Этот короткий ответ прозвучал как окончательный и не подлежащий обжалованию приговор. Джулия понимала, что возражать бесполезно, но не сумела совладать с собой.
— Я не хочу уезжать!
Зак поднял голову от ее волос, и хотя его голос был по-прежнему мягким, теперь в нем появились и новые, более жесткие нотки:
— Давай не будем делать расставание еще более тяжелым для нас обоих.
Джулия чувствовала себя настолько несчастной, что не понимала, как это все может быть «еще более тяжелым». Она держалась из последних сил. Пыталась улыбаться, когда понимала, что он этого ждет. Легла с ним в постель, как только он этого захотел.
Но когда все уже было позади и они оба, удовлетворенные и расслабленные, отдыхали в объятиях друг друга, она не выдержала и прошептала:
— Я люблю тебя. Я люблю… Теплая ладонь закрыла ей рот.
— Не нужно, не говори этого.
Джулия с трудом отвела взгляд от лица Зака и уткнулась в его грудь. Она так надеялась, что он тоже скажет, что любит ее, даже если это не правда. Ей просто очень хотелось услышать от него эти слова. Но она не стала просить об этом, потому что знала, что получит отказ.
Глава 43
Мотор «блейзера» уже разогревался, выплевывая в морозный воздух густые клубы дыма.
— Сегодня не обещали снега, — сказал Зак, глядя на небо, окрашенное восходящим солнцем в бледно-розовый цвет, и устанавливая на пассажирском сиденье термос, полный горячего кофе. — Думаю, что дороги будут чистыми до самого Техаса, — добавил он, выпрямляясь. На его вновь посуровевшем лице не отражалось никаких эмоций.
