— Не могу сказать, что я горю желанием перейти непосредственно к делу, — признался Мэтт. — Я пролетел полторы тысячи километров по просьбе Зака только для того, чтобы спросить эту девушку, не беременна ли она, и расплатиться с ней чеком. Может быть, ты мне посоветуешь, как бы это поделикатнее сказать;» Мисс Мэтисон, я привез вам чек на четверть миллиона долларов, потому что Зак боится, что вы беременны, и чувствует себя виноватым, а также потому, что он считает, что вам понадобится адвокат, чтобы ограждать вас от прессы, полиции и ФБР «.
Мередит начала было объяснять ему, как получше приступить к делу, но в это время в гостиную снова вошла Джулия с большим фарфоровым кофейником.
Мэтт откашлялся и неловко начал:
— Мисс Мэтисон…
— — Пожалуйста, называйте меня Джулией, — перебила она его. В ее голосе чувствовалось с трудом скрываемое напряжение."
"— Хорошо, . — согласился Мэтт, пытаясь улыбнуться, но улыбка вышла несколько мрачноватой. — Так вот, Джулия, я приехал сюда не из-за вашей пресс-конференции.
Я приехал сюда, потому что меня попросил об этом Зак.
Ее лицо моментально просветлело, как будто из-за туч наконец выглянуло солнце.
— Он… он действительно попросил вас приехать? А… а зачем?
— Он просил меня узнать, не беременны ли вы. Джулия совершенно точно знала, что не беременна, но в данный момент была так смущена и ошарашена столь неожиданной темой разговора, что совершенно растерялась. К счастью, Мередит поспешила ей на выручку:
— У Мэтта есть письмо для вас.
Я думаю, что оно объяснит вам все гораздо лучше, чем это сделал мой муж.
Джулия завороженно наблюдала за тем, как рука Мэтта потянулась к внутреннему карману спортивного пиджака и извлекла оттуда чистый запечатанный конверт. Весь мир вокруг перестал существовать. Ее рука, потянувшаяся за письмом, немного дрожала, как, впрочем, и голос.
— Вы… вы не возражаете, если я прочитаю его прямо сейчас? В одиночестве?
— Конечно, нет.
Мы пока с удовольствием попьем кофе. Джулия кивнула и, на ходу распечатывая конверт, направилась в соседнюю комнату. Внутренне она готовилась к очередной снисходительной лекции о том, что с ее стороны глупо и наивно придавать слишком большое значение их отношениям в Колорадо, но, прочитав уже первые несколько строк, поняла, что ошиблась, и испытала острый приступ радости и нежности, мгновенно залечившей все старые раны.
