Самогонщик против армии США

Она вызывала интерес у хрымов, работавших вдоль дороги. Не меньше, чем ящик с высокородным покойником.

— Гош! Проводить тебя до столицы? — неохотно предложил тесть.

— Хорошо бы. Но — нет, Клай. Король и так подпрыгивает. Если я явлюсь со свитой приближённых и более чем десятком воинов, заподозрит заговор.

— И так все его подозревают… Зять! Ты уверен, что убить хотели именно Фируха, а не тебя?

— Больше ни в чём не уверен. Да, ты сто раз прав: у меня больше врагов, чем у того бедолаги. Плохо, что не нашли убийцу.

Но не пропустишь же через Камень Правды весь Номинорр!

В Гузарре мы расстались.

Приятно, что стада чёрных кошек, пробегавших между мной и тестем с обвинениями меня в колдовстве, а также в связи с его более чем сомнительной женитьбой, остались позади. На развилке дорог Клай махнул мне рукой, а Настя не поленилась подъехать ближе, чтобы попрощаться.

— Будь осторожен. Если король затеет какую-то подлость, муж поднимет весь Юг и Запад.

— Сама по себе эта поездка — неосторожность. Но со мной Бобик.

Возьму его даже в королевский дворец.

Оценив шутку, она шлёпнула своего кхара по крупу и ускакала.

За последний год моя бывшая возлюбленная стала истинно местной дамой. Скакала верхом, будто в седле родилась. Освоилась в роли жены и матери. Больше не ныла: хочу на Землю, хочу на Землю. Даже когда была возможность. Дом теперь — это их замок, словно там прожило десяток поколений предков.

Без них я почувствовал себя одиноким, несмотря на двадцать три человека собственной и фируховой свиты.

Они — обслуга, а не единомышленники. Из моей команды остался лишь Бобик. Единственный, не требовавший внимания и пропитания. Порой он исчезал на полчаса, когда проезжали очередной лес, и возвращался. Довольный, облизывающий кровь с морды. Предпочитаю не думать — чью кровь.

А потом он взбесился. С глухим рычаньем вылетел из кустов и напал на меня! Ударил в прыжке всей своей четырёхпудовой тушей, вышибив из седла!

Я даже сгруппироваться не успел. Упал на правый локоть. В руке хрустнуло.

Больно, охренеть как!

Кобыла, повалившаяся вместе со мной, вскочила и встала на дыбы. И её в шею вонзилась арбалетная стрела. А тишину леса рассекли автоматные очереди.

Били слева, откуда вылетел мой поганец. Короткими, экономно. По три с отсечкой.

Стараясь не задеть повреждённую руку, я перекатился и нырнул в кусты по правую сторону от дороги. Едва выпрямился, как столкнулся нос к носу с тремя здоровыми мужиками, затянутыми в кожу и сжимавшими мечи.