Самоход. «Прощай, Родина!»

Пусть подкрепление присылают, иначе все жертвы будут напрасны. Успеют до утра людей прислать – удержимся, а то и новые избы возьмем. Запоздают – всем нам хана будет.

Вызвался один из штрафников:

– Выгоню всех, кто в траншее застрял, – и в штрафбат.

Дело рискованное, по возвращавшимся в тыл стреляли без предупреждения – не имел права штрафник вернуться с поля боя без приказа.

Доброволец ушел, а через полчаса к избам пришла группа штрафников и заняла пустые избы. Теперь успех зависел от того, сможет ли доброволец убедить комбата прислать подкрепление.

Тем не менее к рассвету доброволец вернулся и привел с собой небольшую группу – около взвода – подмоги. Невелика помощь. Капитан явно рассчитывал, что комбат свяжется с командованием и на подмогу приведут обычное воинское подразделение, а еще лучше – роту пехоты и пару станковых пулеметов. Несколько радовало то, что подошедшее подкрепление доставило сухой паек – хлеб и рыбные консервы. Правда, и хлеб, и консервы были замерзшими, и пока их не разогреешь на костре, откусить или порезать невозможно.

Все село было из одной длинной улицы, и штрафники захватили избы едва ли не в центре, практически расчленив немцев на две группы. Но войска у немцев насыщены радиосвязью, и обмениваться информацией обе группы могли – как и координировать свои действия.

Штрафникам пришлось хуже. Вполне вероятно было, что немцы попытаются напасть с двух сторон, а в том, что они попробуют отбить утраченное, не сомневался никто.

С рассветом несколько штрафников отправились в покинутые траншеи искать оружие. Брали все – автоматы, винтовки, патроны, гранаты. Они понимали, что если немцы выдавят их из изб, то в открытом поле перестреляют. Удержаться в избах значило для них уцелеть.

Утром немцы предприняли разведку боем. Вдоль улиц осторожно шла небольшая – с пехотное отделение – группа. Они перебегали от избы к избе.

Штрафники подпустили их поближе и расстреляли почти всех. Почти – потому что один все-таки ушел, перемахнул через забор и был таков.

Через полчаса немцы открыли минометный огонь, и мины клали густо. В одну избу сразу две мины попало, и четверо штрафников, находившихся в ней, погибли. А если мины рядом с избами падали, то бревна от осколков прикрывали.

Стекол в избах не было – они все были выбиты взрывной волной. Надворные постройки – дощатые сараи, хлев, дровяники – все было развалено.