Самоход. «Прощай, Родина!»

Алексей с помощью экипажа стал заниматься гусеницей.

– Стрелков, вечно ты в какие-то передряги попадаешь!

– Виноват! Первой двести двенадцатая машина остановилась из-за движка. Ну и мы – гусеницу подтянуть.

– Разгильдяи! Но что танки подбили – молодцы!

Виктор знал, что с начальством лучше не спорить, а виниться и молчать. Тем более что русская пословица как гласит? «Повинную голову меч не сечет». Сожженные «пантеры» комбат записал поровну, на каждую самоходку – по танку.

В селе они застряли на неделю.

Технические неполадки устранили – у кого они были. Отдохнули, подхарчились. В наступлении полевая кухня за самоходками не поспевала, да и перерыв на обед не сделаешь. Хорошо, если раз-два поесть удавалось. Зато в спокойной обстановке на отдыхе они три раза ели.

Помылись, поскольку к полку подогнали банно-прачечный отряд. Для помывки палатки установили, чистое белье выдали, а верхнее на прожарку забрали. В боевых условиях возможности для нормальной помывки нет – ни мыла, ни горячей воды.

Спали скученно, вплотную друг к другу и в самых неподходящих для этого местах, и потому живность вроде вшей и блох водилась. Иногда и сами, когда непрошеные «гости» допекали, ставили на костер пустую бочку из-под горючего с вырезанным сверху дном. Когда она нагревалась, по очереди бросали в нее одежду. В этом случае главное было – вовремя вытащить комбинезон, штаны или телогрейку за заранее привязанную к ним проволоку. Иначе одежда начинала тлеть, в ней прогорали дыры. А поди выпроси у старшины хозвзвода новую форму, когда есть определенные сроки носки! Среди бойцов ценилось трофейное шелковое офицерское белье – на нем вши не заводились.

Население освобожденных от оккупации сел встречало бойцов Красной армии с радостью, порой последним старались угостить, для ночевки уступали свои избы и хаты, перебираясь в сараи или землянки – они у многих на огородах вырыты были. В них прятались при артналетах или авиабомбежках – сначала немецких, а потом и наших.

Кроме того, в приличных избах или домах квартировали немецкие солдаты и офицеры.

Уходя от наступающих войск Красной армии, они зачастую жгли дома – для этого у них были специальные команды. Или же обливали бензином, а потом швыряли в дом горящие факелы. Либо команды огнеметчиков действовали. И чем стремительнее было наступление наших войск, тем меньше страдало оккупированное население. Немцы спасались сами, и в этом случае им становилось не до изб местного населения.