Самые темные дороги

Ребекка подалась вперед и записала вопрос под именем доктора Миллера:

Если Ребекка будет задавать вопросы этому врачу, то он вряд ли станет разглашать личную информацию о своих пациентах. Но можно попробовать.

Она постучала маркером по ладони.

Да, многие могли слышать, что ее отец нашел свидетельницу, солгавшую двадцать лет назад. Но кто мог знать, что он собирался встретиться с ней утром того рокового дня?

Разумеется, Тора Баттерсби знала о поездке Ноя в Кэш-Крик. Тора знала много других вещей об этом деле. Она послужила спусковым крючком, побудившим Ноя вновь открыть старое расследование об исчезновении подростков.

Ребекка добавила ее имя.

Существуют регистраторы телефонных звонков. В своей официальной должности Ребекка могла запросить данные о звонках абонента и определить, звонила ли Тора ее отцу, чтобы отменить визит.

Но какой мотив мог быть у Торы для убийства?

Ребекка замерла, когда в ее голове зародилось темное подозрение, которое превратилось в цепочку мыслей. Медицинская сестра вроде Торы имела доступ к наркотическим препаратам, таким, как бензодиазепины.

Эш сказал, что перед его уходом отец выглядел сосредоточенным и трезвомыслящим человеком. Мог ли кто-то приехать и подмешать ему в выпивку транквилизатор, так что он отключился в своем кресле и было легко инсценировать самоубийство?

Ребекка посмотрела на часы. Было уже поздно. Должно быть, патологоанатом Берт Спайкер давно ушел с работы. Ребекка подумала о возможности позвонить Дикси, но внезапно испытала приступ паранойи.

Теперь она, как и ее отец, испытывала потребность держать свои карты в рукаве, особенно в этом городе, где все знали друг друга и слухи распространялись быстрее ветра.

Словно отвечая на ее мысли, ветер швырнул в оконное стекло заряд снежных кристаллов. Ребекка инстинктивно вздрогнула, и в крови забурлил адреналин. Она смотрела на свое отражение в темном стекле, и страх, подобно волчьей стае, рыскавшей на окраине леса, начал подкрадываться к ней.

Если ее отец действительно был убит и если свидетельница из Кэш-Крик тоже была убита, то пробитый топливный бак старого отцовского «сильверадо» вписывался в этот леденящий контекст.

Кто-то на самом деле попытался убить ее. Может быть, потому, что она начала с того места, где закончил ее отец.

Эш был прав. Возможно, ей угрожает опасность. Они могут повторить попытку.

Может ли она доверять хотя бы доктору Спайкеру?

Ребекка потянулась за телефоном; возможно, если он дома, то возьмет трубку. Она набрала номер.