Самый эльфийский поцелуй

А в метрах двухстах от неё стоял знакомый до боли домик, скрытый в тени плодовых деревьев.

— Красиво. Я думал у вас тут все техногенное, — задумчиво произнёс Грей, подходя к берегу и изучая ровную гладь реки, которую украшали зеленые тарелки кувшинок.

На нём были всё те же джинсы, майка и косуха. А вот я «переоделась», сменив откровенное платье на льняной сарафан до пят, с крупными пуговицами и широкими лямками. На ногах шлёпанцы, а на голове огромная соломенная шляпка.

— Не все. Это дом моей бабушки. Как давно я здесь не была, — вдыхая знакомый с детства воздух, произнесла я.

— Родители продали дом сразу после её смерти. Лет десять прошло. Не думала, что так скучала по этому месту.

— А почему продали?

Грей присел и коснулся пальцами воды.

— Отец сказал, что дому нужны руки. И он прав. Родители много работали, я училась, приезжать сюда далеко, да и накладно. В дачу домик не превратишь, вот и продали… Может, этого дома уже и нет. Новые владельцы могли снести и на его месте построить что-то новое.

— Значит, здесь прошло твоё детство.

— И даже юность. Мы бегали с деревенскими на речку и пропадали на весь день. Купались, дурачились, рыбу пытались ловить. Хорошее было время.

Я снова осмотрела родные места и внезапно попросила:

— Давай выйдем отсюда?

— Ты хочешь перейти в другую комнату? — поднимаясь, спросил Грин.

— Нет. Хочу выйти из лабиринта. Это было удивительное приключение. Мне очень понравилось. Но пора возвращаться… Я устала.

— Хорошо, — кивнул он.

Возвращались мы в тишине, каждый думал о своём и вступать в разговор не хотел.

Мне очень понравился этот день, и я бы ни за что не отказалась от него, но… Вместо того, чтобы помочь и укрепить наши отношения, всё стало еще сложнее. Эти самые отношения как-то незаметно ушли от дружеских.

— Я провожу тебя до твоих покоев, — произнёс Грей, когда мы оказались во дворе академии.

Он помог мне выйти из повозки, подав руку.

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответила я, тут же кутаясь в меховой воротник.

Наступил вечер и заметно похолодало.

— Зато я уверен, что это отличная идея.

Отозвался Эшфорт тоном, нетерпящим возражения. Пришлось подчиниться.

И это спасло мне жизнь.

Глава двадцать шестая

Ничего не предвещало неприятностей. Наоборот, казалось, что после такого яркого и насыщенного дня, полного ярких впечатлений и чудесных мгновений, обязательно последует не менее приятный вечер.

Оставшись одна, я смогу вспомнить каждую минуту, проведенную с Эшфортом.