Задача сложности не представляла, если бы время от времени на немецких позициях не вспыхивали мощные прожекторы. Несколько ярких лучей хищно шарили по равнине, и если кому-то из фрицев чудилось в ночи что-то подозрительное, то тишину моментально разрывал дробный стук пулеметных очередей.
Первым по проходу в минном поле полз сержант Курочкин — глазастый и сообразительный парень с Южного Урала. Двигался он медленно, на ощупь отыскивая воткнутые в землю короткие веточки ивы, обозначавшие границы безопасного коридора.
Курочкин сам их устанавливал, когда группа готовилась к вылазке и производила разминирование. Потому и двигался первым.
Следом за Курочкиным полз Васильков, далее — остальные бойцы небольшой группы. Замыкал движение Старцев. Работа замыкающего всегда требовала тонкого слуха и повышенного внимания. Иван с ней неплохо справлялся.
Когда до края минного поля оставалось не более сотни метров, длинная очередь впилась в землю рядом с нашими бойцами. Один из них приглушенно вскрикнул.
Зацепило Сидоренко — крупного тридцатилетнего одессита. Этот великан зря никогда не кряхтел, поскольку был предельно терпеливым. «Видать, досталось», — поняли товарищи.
Ближе других к нему оказался Старцев. Он и бросился помогать.
Пуля угодила в брюшную полость. Отвратительное ранение — опасное для жизни из-за большой кровопотери и очень болезненное. Держась за подреберье, Сидоренко катался по земле.
Луч прожектора проплыл в опасной близости.
Иван навалился на раненого, обхватил его, чтоб тот не шевелился, но обуздать его силищу не вышло. Одессит крутанулся и, задев торчащую из земли веточку ивы, сломал ее.
Иван еще раз попытался затащить Сидоренко обратно в коридор. Не вышло.
Васильков отправил на помощь двух ребят, однако те не успели — в кромешной тьме грохнул взрыв противопехотной мины. После немецкие прожектористы будто сошли с ума — ярко-желтые лучи минут десять метались по полю; не унимались и пулеметчики.
А Васильков и три его товарища из последних сил тащили раненых сослуживцев в расположение родной дивизии. Через четверть часа они добрались до первой линии окопов, где передали Старцева и Сидоренко в руки санинструкторов…
Потом командир роты Васильков неоднократно пытался выяснить судьбу друга: звонил в медсанбат, обращался к командиру полка. Но в окрестностях Рыльска началась такая заваруха, что начальству стало не до раненых.
