«Сандал», которого не было

– Люди вы или нет? – громко спросил его пожилой чеченец в старомодном сером пальто и шляпе, поддерживая под руку похожую на него женщину с заплаканными глазами. – У моей сестры сын пропал. А говорят, там молодые ребята лежат. Пустите хоть меня одного посмотреть, может, не он там!

Вампир на миг задержался.

– А у кого еще дети пропали?

– Да вот у нее! – показал рукой мужчина в шляпе. – И у нее…

– Пусть подойдут сюда, сейчас пропустим, – сказал он и вошел в калитку. Аюб, с автоматом на плече, шел за ним, как телохранитель.

– Послушай, Аюб, – обратился к нему Вампир, когда они прошли несколько метров. – Сейчас запустим родителей, если они опознают своих – вот и установим личности. А ты с этим мужиком поговори по-свойски: думаю, с тобой он быстрей пойдет на контакт, чем с кем-то из наших.

– Зачем это нам вообще? – мрачно буркнул Аюб. – Мы уже не бойцы с шайтанами! Мы сами, как шайтаны…

– Как ты думаешь, в этом районе много групп моджахедов действует? – вопросом на вопрос ответил Вампир.

– Нет, конечно! Скорей всего, один джамаат.

– Вот-вот. Эти подрывники наверняка связаны с теми, кто вашу вертушку сбил. А если этот, в шляпе, окажется дядей подрывника, то друзей его наверняка знает. Если сам не знает, то сестра его – точно должна. Так и потянем за ниточку, глядишь – весь клубок и размотаем!

– Если мамаша своего сына разорванным увидит, то она не то что ничего не скажет, а меня на куски порвет! Да и тебя заодно! – Аюб помолчал.

Они прошли вглубь двора, по которому были разбросаны куски человеческих тел. В стороне от остальных стояли руководители: прокуроры военный и гражданский, военный комендант, начальник райотдела ФСБ Калюжный, начальник милиции… Вампир поздоровался с руководителями за руку, он знал почти всех, а его знали все, потому что, пока он шел от входа, Калюжный представил его как сотрудника Центра.

– Ну, что тут? – спросил Нижегородцев.

– Преждевременный подрыв при установке, – ответил Калюжный. – Четверо парней, молодые. Недавно в Мырмашах «Урал» подорвали, там вроде тоже молодой был. Перчатки оставил черные, кожаные. Мы их в пакет полиэтиленовый запечатали: когда фигурант появится – собакой выборку сделаем. А от этих мало что осталось, документов ни у кого нет, так что личности пока не установлены…

– Там родители пропавших.