«Сандал», которого не было

 – Эта дорога как раз туда ведет. А через село проехать – там выезд на трассу есть…

Расспросив пленника подробно и получив необходимую информацию, сандаловцы связали его ремнем и погрузили в багажник, как барана.

– Давай в это змеиное гнездо! – скомандовал Аюб.

Трясясь и раскачиваясь на разбитом проселке, машина медленно поднималась вверх. До соседнего села добрались минут за тридцать. Дома здесь находились на приличном расстоянии друг от друга и были разбросаны на разных уровнях. Заезжать в село не стали – оставили машину на околице с Аюбом за рулем – все равно из-за ранения руки, он не мог ни стрелять с правой, ни гранату толком метнуть… Адлана со связанными руками и кляпом во рту пустили первым показывать дорогу.

За ним шли Док и Лось с автоматами наизготовку, потом Вампир со своим Стечкиным. Замыкал группу Тихий, он был без стрелкового оружия, зато взял все имевшиеся гранаты.

Граф с нетерпением ждал, прислушиваясь к каждому шороху и готовый в любой момент подогнать «Волгу» и забрать своих.

Но ночь оставалась тихой и вроде бы спокойной. Что творилось в этой тишине, оставалось только догадываться.

Группа вернулась неожиданно быстро и без Адлана, зато на плечах у Тихого и Вампира висели автоматы.

– В доме никого нет! – сообщил Док. – Только трупы Висхана и еще трех шайтанов, еще теплые. Гараж распахнут, на снежке – свежие следы от колес, видно, Мухтарыч только уехал.

– А этого сучонка, Адлана, что, кончили?

– Нет, в гараже заперли, – ответил Вампир. – Я позвоню Калюжному, пусть забирают.

А сейчас давайте скорей убираться отсюда. Хоть и темно и дома далеко, а зоркие глаза всегда найдутся.

– Это точно! – согласился Аюб. – По коням!

«Волга» крадучись проползла сквозь село и только на ведущей вниз дороге набрала скорость. Проехав мимо развороченного шлагбаума, услышали где-то впереди автоматную стрельбу.

– Километра два, – сказал Тихий.

– Поднажми! – сказал Вампир. – Это Мухтарыч там бьется, больше некому!

Аюб молча вдавил педаль газа.

Бесконечно отсиживаться за скирдой было нельзя. Голоса преследователей приближались, и перво-наперво следовало убрать безжалостный свет фар. Трудно целиться в источник яркого света, глаза слезились.

Бах! бах! бах! – только четвертым выстрелом удалось потушить одну фару. Еще пять выстрелов ушли на вторую. В ответ открыли огонь с двух сторон, но спасительная темнота уже накрыла его непроницаемым пологом. Мухтарыч откатился в сторону и выстрелил по вспышкам.