«Сандал», которого не было

– Кто, кто! Все! Кафиры ищут, родители Замана и Аскера ищут, и у «лесных» к тебе вопросы есть – мол, ты уехал, а людей подставил! Короче, сюда не приезжай, в Москве будь, как отец хотел. Только спрячься, а то и там найдут!

На красных от недосыпания и алкоголя глазах Шамсутдина выступили слезы. Как же так? Он вмиг остался и без отца, и без своей группы, теперь ему никогда не быть амиром, да может, и домой никогда не придется возвратиться… Ведь если родители погибших друзей возложат вину на него, то не исключено, что объявят кровную месть… И «лесные» могут его заподозрить… Тогда всю жизнь придется скрываться!

Он тяжело вздохнул, приходя в себя, и вытер глаза, чтобы стоящий за спиной Салман не заметил его слабости.

Кто мог убить отца и Турпала? И почему подорвались ребята? Ведь фугас был уже готов, оставалось нажать кнопку и потом позвонить… Может, кто-то позвонил, когда взрыватель был на боевом взводе?

Так и не найдя ответа на эти вопросы, он повернулся к земляку:

– Слышал? Отца убили и ребят из моего отряда! Меня ищут кафиры, придется отсюда съехать.

Надо снять квартиру!

– У Анзора есть подходящая квартира в Зеленом переулке, – откликнулся Салман. – Они с Назиром снимали ее полгода. А сейчас она стоит пустая. Тут недалеко.

– Тогда давай быстро переедем. Только никому не говори адрес. А вечером собери всех в той пивной, где позавчера отдыхали. Может, мы ее вообще под себя возьмем.

– Под «крышу»! Здесь многие наши так делают. С этого и живут! Нам ведь тоже деньги нужны? Да и место, где можно свободно собираться, – тоже!

– Ну да, – не очень уверенно сказал Салман.

 – Только у них, наверное, уже есть «крыша».

– Ничего, поменяем! Знаешь, как рубероид снимают, а оцинковку кладут?

Салман не понял – причем тут рубероид и оцинковка, но уверенно кивнул.

Квартира давно не видела ремонта и была крайне запущенной, но Шамсутдина это не смутило: Москва богатый город, здесь можно быстро «подняться»! Скоро у него будет и свой дом, и навороченный джип, и новый отряд. Его можно будет тоже назвать «Молодые моджахеды».

Тем более что костяк уже есть…

Вечером будущие моджахеды собрались в пивном баре «У Семена». Их было семеро, и о печальных известиях, полученных Шамсутдином, все уже знали.

– Соболезную! – сказал Дауд.

– Терпения тебе! – поддержал Анзор.

– И я соболезную! Прими и мои! – закивали остальные.

Шамсутдин поднял руку.

– Благодарю вас, братья мои! Но терпеть я не собираюсь. И надеюсь, что вы поддержите меня. На нашей земле идет война.