«Сандал», которого не было

Рана у Аюба зажила, и рукой он действовал почти свободно. Врач сказал, что надо избегать резких движений и через десять-пятнадцать дней все окончательно войдет в норму.

– Так когда будете выписывать? – спросил Аюб.

Все вроде бы налаживалось. В условиях больницы обеспечить строгую изоляцию невозможно: однажды утром Аюб увидел выходящего из перевязочной Дока, а через час молоденькая медсестра передала ему записку: «Здесь я, Тихий и Лось. Но местные что-то мутят. Надо уходить, Док».

Уходить так уходить! Их все же четверо, вряд ли охрана удержит… Настроение у Аюба резко улучшилось, он почувствовал прилив сил.

Но события развивались стремительней, чем он ожидал. Днем прибыл десяток до зубов вооруженных крепких парней – сразу видно: милицейский спецназ. На Аюба надели наручники, завязали глаза и посадили в микроавтобус. Следом затолкали товарищей, которых Аюб узнал по возмущенным голосам.

– Вы что, с ума посходили? – ругался Лось. – Своих вяжете?!

– «Духи» нам не свои, – коротко ответил грубый голос.

– Да вы запросите нашу часть, – сказал Док.

– Или позвоните куда надо, – добавил Тихий.

– Следствие разберется! – сказал тот же голос. – А сейчас заткнитесь, а то рты скотчем заклеим…

Везли их долго, потом спускали куда-то по лестнице, а когда сняли повязки, стало ясно: они в глубоком подвале. Тусклая лампочка в плафоне на стене слабо освещала небольшую, почти квадратную, комнату с двумя небрежно брошенными солдатскими матрацами посередине. Пол, стены, потолок – все из бетона.

«Такой бункер может быть и в Ханкале, и в любом райотделе милиции или воинской части… Да где угодно, хоть в частном доме! – размышлял Аюб. – Это может быть и погреб, и «зиндан» для заложников, и бомбоубежище для одной семьи. Хотя «зиндан» вряд ли: там все проще – обычная яма, в которую спускают деревянные лестницы… И в Ханкале, говорят, бетонных подвалов нет. Так что хрен его знает, где мы. Но ясно одно: нас считают врагами. И это плохо…»

Он осмотрел товарищей. Док, Тихий и Лось были в неплохом физическом состоянии, но явно угнетены…

– Это все, кто выжил?

– Вроде, – ответил Док.

На несколько минут воцарилась тишина.

– Ну что ж, – вздохнул Граф, – значит, нам повезло. Жаль ребят. Когда все вроде позади и вдруг…

– А нас-то почему сюда засунули? – спросил Тихий. – Сколько дней прошло, уже бы давно разобрались… А похоже, что все наоборот…

– Здесь еще не самое плохое место, – сказал Док.