«Сандал», которого не было

Больше всего было желтого цвета – так выделялись мероприятия, утвержденные им самим. Ячеек, закрашенных зеленым, было чуть меньше – это мероприятия, запланированные по приказам свыше. Еще меньше – красного цвета. Но уж эти мероприятия – по плану, утвержденному таким высшим командованием, что и подумать страшно, что будет, если их не исполнить. Хотя, если в ближайшее время не приедут с внезапной проверкой, о которой ходит много слухов, потом уже поздно будет проверять: согласно штабным отчетам все будет проведено на высшем уровне.

«Требуют, требуют… – размышлял Гуськов. – А кто проводить эти мероприятия будет? Понятно, что подготовка нужна… Только офицеров толковых, которые научить могут, почти не осталось на базе – все на Кавказе задействованы. Самому мне, что ли, с бойцами по огневой штурмовой полосе бегать? Можно и самому, конечно, молодость вспомнить. Только несолидно целому полковнику задачи взводных выполнять. Это только в плохих фильмах командир впереди на лихом коне. В жизни командир руководить должен».

Он вздохнул, обошел кресло и сел за стол. На столе лишь деревянная подставка для письменных принадлежностей с торчащими вверх остро заточенными концами карандашей, рядом – пульт оперативной связи. Лишнего ничего нет: все бумаги в сейфе. К порядку полковник еще с курсантских времен приучен.

– Войдите! – то ли разрешил, то ли приказал Гуськов.

– Старший лейтенант Забазнов прибыл из госпиталя для дальнейшего прохождения службы! – доложил вошедший.

Полковник встал, пошел навстречу подчиненному, поздоровался за руку.

– Из госпиталя, говоришь? Куда ранен?

– В плечо. Уже все в норме, командир, готов приступить к обязанностям!

– Это хорошо! Хорошо, что готов. Такие, как ты, у меня сейчас на вес золота!

– Вот документы! – Шумахер протянул запечатанный пакет.

Хозяин кабинета взял из подставки канцелярский нож, вскрыл конверт, бегло прочел бумаги с подписями и печатями…

Командир был так удивлен, что даже не скрыл этого.

– Что-то не так? – спросил, поднимаясь, Шумахер.

Гуськов нажал кнопку на пульте оперативной связи.

– Дежурный по части, капитан…

– Пришли мне бойца с кипятком! – прервал полковник. Он был явно озабочен, хотя и пытался это скрыть.

Гуськов подошел к офисному шкафу с ровными рядами папок на полках, открыл дверцу, достал две чайные чашки, пачку пакетированного чая, плетеную хлебницу с баранками, и поставил на стол.

В дверь снова постучали – рядовой с повязкой помдежа на рукаве занес в кабинет блестящий электрический чайник.