Сандро из Чегема. Книга 1

– Не знаю, – сказал я, возвращая ему машинописные копии заявлений. По-видимому, оригиналы были уже посланы в правительство.

– Ну, и ты со своей стороны поднажми, – попросил он, пряча бумаги в карман.

– Дядя Сандро, – сказал я, – но ведь у вас нет трудового стажа.

– Шесть лет за этим садом присматриваю, гори он огнем, – сказал он без особого энтузиазма. Видно, вопрос этот уже подымался и без меня.

– Выдумали какой-то стаж, – проворчал он, – можно подумать, что все эти годы они меня кормили. Раз человек не грабил, не убивал, значит, он жил трудом… А что, если хлопотать как о престарелом колхознике?

– Но мои братья там, – ответил он на мой смех, – все налоги платят вовремя…

– Навряд ли поможет, – сказал я.

– Посмотрим, – сказал дядя Сандро, – с моим Тенго посоветуюсь. Ты не слыхал, что он сделал?

– Нет, – сказал я, стараясь следить за собой.

– Электрическим насосом воду подымает на свой участок, вот что сделал! – воскликнул дядя Сандро.

– Выдающийся человек, – сказал я и твердо посмотрел ему в глаза.

– В хорошем смысле, – поправил меня дядя Сандро и тоже твердо посмотрел мне в глаза.

Опять на дороге появился милиционер. Дядя Сандро несколько подобрался в ожидании, когда тот поравняется с нами. Поравнявшись, милиционер снова остановился и мельком взглянул на свое дерево, как бы с презрительной надеждой увидеть на нем неожиданно появившиеся плоды, хотя теперь уже и на других деревьях не было ни одного плода.

– Пасешь? – перевел он взгляд на дядю Сандро.

– Пасу, – с достоинством ответил дядя Сандро.

– Чтоб ты столько счастья имел, сколько я пользы имею с твоего дерева, – проговорил милиционер и пошел дальше.

– Другой раз будешь летние выбирать, – крикнул ему вслед дядя Сандро.

Милиционер остановился и, обернувшись, горестно протянул:

– Летние… Ничего, Сандро, дождешься похуже того, что с тобой случилось, – добавил он и пошел дальше. Было похоже, что милиционер этой загадочной фразой дал знать, что автомобильная катастрофа – это деликатный намек того, кто свыше следит за нашими поступками и время от времени легкими щелчками напоминает о себе.

– Иди, иди, дуралей, – проговорил дядя Сандро скептически, но не очень громко.

– А почему ему летние сорта не нравятся? – спросил я.

– Наш сорт тем и хорош, что толстокожий… весной можно продавать…

Кажется, этим замечанием о выгодной толстокожести наших яблок в тот раз и закончилась наша встреча.