Сандровские. Трилогия (СИ)

Лана дернулась от непривычных ощущений, но руку не убрала.

А Велест сходил с ума. Он, не моргая, смотрел на разворачивающуюся перед ним картину и проваливался в бездну. Как при замедленной съемке он видел каждое движение губ Бориса и мечтал оказаться на его месте. Это он должен пить кровь Ланы! И вообще к ней никто не должен прикасаться, кроме него!

Тем временем, раны на теле Бориса переставали кровоточить прямо на глазах. Лана никогда бы раньше не поверила, если бы не увидела собственными глазами чудо регенерации.

Вампир восстанавливался с поразительной быстротой. И его глотки становились сильнее.

В какой-то момент у Ланы закружилась голова. И она покачнулась.

Её движение послужило сигналом для Велеста.

— Хватит! — закричал он и потянул Лану на себя. Но Борис, не желая лишаться источника жизни, крепкой хваткой вцепился в руку девушки. Его глаза приобрели красный оттенок, он зарычал, и, и Лана испугалась. Теперь и она уже дергала руку. Ещё мгновение и она потеряет сознание.

Велест понял, что она на грани, и, не церемонясь, оттолкнул Бориса на подушки.

Тот снова зарычал, и хотел было броситься на брата, но силы были не те. К тому же, рукой Велест прижал его к кровати. Он предвидел, что Борис не согласится так просто отпустить источник восстановления своей силы.

Лана шлепнулась пятой точкой на пол, и от греха подальше отползла от кровати. Борис громко застонал и выкрикнул:

— Ещё!! Дайте мне крови…ещё!!!!

— Будет тебе кровь! Успокойся! Приди в себя! Борис, ты меня слышишь!

Но брат, казалось, впал в небытие.

Он рычал и пытался оттолкнуть Велеста.

— Дайте мне его…, - нежный голос прервал борьбу братьев.

Никто не заметил, как в комнату вошла невысокая полная женщина лет пятидесяти. За ней следом шёл вампир из армии Умаровых.

Велест недовольно глянул на неё:

— Вы долго ходите! Вам не за это платят такие деньги!"

"Но женщина не обратила внимания на агрессивный выпад Велеста, она с мягкой улыбкой подошла к кровати и сказала:

— Уступите мне место.

Как только Велест перестал держать Бориса, тот накинулся на женщину. Его окровавленные пальцы вцепились в плечи донора, а рот, оскалившись, приблизился к шее.

Поняв, что с братом будет всё в порядке, Велест обратил внимание на Лану, и его взгляд не предвещал ничего хорошего. Та неуклюже поднялась на ноги, прижимая к груди пораненную руку. Кровь продолжала сочиться и капать на ковер.

— Пойдем! — приказал Велест, и на этот раз она его послушалась.