Сандровские. Трилогия (СИ)

 — Но как такое возможно? Ведь совсем недавно науке стал доступен этот способ оплодотворения.

— Ты не поверишь, но вампиры додумались до этого значительно раньше. Я согласен, что большинству вампиров не нравятся дети, и они предпочитают жить без них. Очень часто одни, не заводя себя даже пару. Мы эгоистичны по своей природе. И очень часто желание заиметь детей связана не с любовью, а с властью. Желанием укрепиться в обществе, усилить свой клан. Когда есть дети, достигшие совершеннолетия, они превращаются в ощутимую силу.

— Как вы.

— Да, как наша семья. Нам повезло. Мало того, что в семье Сандровских три брата, мы ещё умудряемся не перегрызть друг другу глотки, и поддерживаем видимость дружеских семейных отношений.

Тут Велест лукавил. И сильно.

Между братьями существовала крепкая связь. И каждый из них готов был поставить на карту свою жизнь, если этого требовали интересы семьи. Им завидовали, и враждебные кланы пытались их поссорить между собой. Но до крупных распрей дело не доходило.

— Велест, а где ваши родители? — Лана заметила, что он говорил о братьях, и не упоминал ни про мать, ни про отца.

Тень затаенной печали коснулось лица Велеста. Он стал серьезным. Подошёл к окну, встав спиной к девушке. Его взгляд пронзил ночную мглу.

— Их убили. В прошлом столетии.

— Стригои? — догадалась Лана.

Плечи Велеста расправились, точно он до сих пор чувствовал потерю родителей.

— Да. Будь они прокляты! — внезапно с жаром воскликнул он, но тотчас взял себя в руки и продолжил более спокойно.

 — В конце девятнадцатого века стригои решили, что они должны править в вампирском обществе. Они захотели власти. И безраздельной. Обычные вампиры, морои, которые пусть и пьют человеческую кровь доноров, но не высасывают её до конца, тем самым не убивая человека и не превращая его в стригоя, не признали их право первенства. Да и кто признает? — он самодовольно хмыкнул. — Никогда королевские и княжеские семьи вампиров не пойдут на это. Они сами рвутся к власти. Тогда стригои и стали увеличивать своё количество, превращая всех подряд в стригоев. А вампиров они стали истреблять с особой настойчивостью.

Велест прервался, погрузившись в кровавое прошлое. Это были смутные и жестокие времена. Как в мире людей, так и в мире вампиров. Многие жертвы вампирских войн были списаны на счет тех войн, что вспыхивали на разных континентах. А первая мировая война скрыла бесчисленное количество смертей, как стригоев, так и вампиров.

— Мои родители пали жертвой заговора.