Вообще не представляю, как с ними обойтись так, чтобы не переполошить всех в окрестностях, не убивать же девочек в самом деле.
С этим Стивен согласился и тоже задумался.
Так и сидели некоторое время, размышляя о решении проблемы, и не понимали, как нам быть. Время между тем уходило, поэтому что-то надо было предпринимать и, желательно, уже сейчас. Немного подумав, я заговорил:
— Сиди не сиди, а делать что-то надо. Плохо, что нам нечем прикрыть лица, что-нибудь типа лыжных шапочек сейчас не помешало бы. Придется обойтись подручными средствами, благо ткани на убитых бандитах достаточно.
Значит действовать будем так. Прикрываем лица, насколько это возможно, вооружаемся еще стволами, снятыми с бандитов, — с этими словами я протянул Стивену его пистолет. — и пойдем потихоньку работать. Я иду впереди и зачищаю охрану. Твоя задача — не дать дамам поднять крик. Делай, что хочешь, целуй, уговаривай, да хоть на колени перед ними становись, но крика быть не должно. Плохо, что у меня мало патронов к револьверу, всего двенадцать штук, только и остается надеяться, что этого хватит.
Так-то вроде все сказал, можно и начинать. Хотя нет, не все. Наша машина во время подготовки стояла на пригорке, с которого мы наблюдали за особняком. Если ее немного подтолкнуть, можно скатиться практически к особняку и обеспечить себе транспорт для эвакуации — на случай отступления или, правильнее сказать, бегства.
Пока мы снимали с бандитов рубашки и резали их на куски, чтобы соорудить что-то вроде бандан и прикрыть ими лица, я продолжил инструктаж своего подельника.
— Стив, запомни хорошенько. Стреляю только я, у меня револьвер с глушителем, есть шанс обойтись без шума. Если мы облажаемся, и начнется перестрелка с бандитами, сразу уходим, прикрывая друг друга. Иными словами, отступаем по очереди. Один отбежал, занял позицию и начал палить так, чтобы не дать противнику и голову поднять. Другой в это время отступает, и так, пока не доберемся до машины, а там просто уезжаем. И не переживай, не сможем закончить дело сейчас, решим вопрос завтра, тянуть не будем, не в наших это интересах.
Но лучше бы все сделать здесь и сейчас, для нас лучше.
Стивен выслушал меня внимательно и спросил:
— А с девчатами, что делать будем?
— Да ничего. Закроем в каком-нибудь глухом помещении и пусть ждут, пока их освободят.
Как я и рассчитывал, машина скатилась бесшумно и остановилась в тридцати шагах от кованого забора, огораживающего территорию особняка.
