Поэтому надо ли говорить, что мне практически в полной темноте пришлось разбираться с управлением этого пепелаца. Нет, среди трофеев нашлись спички и даже одна неплохая бензиновая зажигалка, но даже с такой своеобразной подсветкой я провозился довольно долго, прежде чем понял, как управлять машиной. Трупы вместе с раненым закинул на заднее сидение и, чтобы понять, каких габаритов мне досталось автомобиль, обозначу, что эта горка тел нормально так возвышалась над его бортами. Действительно как игрушка.
Чтобы не заблудиться и потом найти дорогу обратно, я особо не старался петлять, а там, где приходилось поворачивать, как на, например, Т-образных перекрестках, каждый раз ехал направо.
Довольно долго спускался с холма, на котором и находилась гостиница, потом целую вечность ехал по хорошо освещенным улицам, где спрятать трупы было нереально, а когда это все мне надоело, остановился в первом же темном переулке. Там выгрузил трупы вместе с раненым и последнего попытался привести в чувство, что мне довольно долго не удавалось.
Я ему, наверное, все уши переломал, когда тер их в надежде, что это поможет привести в сознание этот полутруп.
С трудом справился и с горем пополам допросил парня, хотя назвать наше общение внятным — это все равно что описать разговор глухого со слепым. К сожалению, ни польского, ни французского языка я не знаю, а пленник по-русски говорит, как я на корейском, которого в жизни никогда не слышал.
Судите сами, как это было,
— Кто вы такие и зачем за нами следили?
В ответ пленник только промычал что-то невразумительное.
Пришлось воткнуть в рану на ноге трофейный нож и слегка его прокрутить. Пленник громко взвыл, даже несмотря на кляп во рту, а я мысленно выматерился, ведь когда вопрос задавал, про кляп забыл. Поэтому, выдернув у него изо рта его же кепку, снова спросил приказным тоном:
— Кто такие, зачем следили, кто вас послал. Отвечай, скунс вонючий, а то я тебя сейчас на ленты распущу.
Поляк начал стрекотать, как из пулемета:
— Препрашам пане, ми нэ розумием…
— Твою мать знаю, ты можешь по-человечески разговаривать, а не шепелявить, будто дерьма в рот набрал?
В общем, трудно было, муторно и грязно.
Тем не менее, кое-что выяснить смог, вылавливая в речи бедолаги полузнакомые слова. Как я понял, заказ на нас с профессором пришел из Союза. Эти поляки должны были проследить за нами до французского Бреста, выяснить, с кем мы во Франции будем встречаться, и в последний день перед моим отплытием в Америку помножить нас на ноль.
