Санта–Барбара II. Книга 1

Послушай меня…

В этот момент дверь в квартиру Перла открылась и на пороге показалась Кортни Кэпвелл. На ней был одет розовый летний костюм, в руке она держала небольшую сумочку. С удивлением посмотрев на размахивающих руками, подпрыгивающих и приплясывающих пациентов психбольницы, она сделала несколько неуверенных шагов по комнате. Однако увидев Перла, Кортни улыбнулась.

В свою очередь, заметив ее он вскочил с кровати и растянул рот в широкой улыбке.

— Перл! — воскликнула она, направляясь к нему, — Привет.

Кортни остановилась перед ним с сияющей улыбкой на устах.

— Я ужасно рада, что ты смог вырваться и позвонить.

— Я очень хотел видеть тебя, хотя со времени нашей последней встречи прошло лишь два дня, у меня было такое ощущение, что я не виделся с тобой целую вечность.

Глаза Кортни лучились радостью, которая согревала и утешала Перла. С их каждой новой встречей он все больше понимал, как она дорога ему, правда, он все еще не мог сказать, что испытывает к Кортни те же чувства, что она испытывала к нему.

Перл знал, что Кортни любит его, но его отношения к ней еще нельзя было назвать любовью. Скорее он испытывал к ней теплые дружеские чувства и глубокую привязанность. Перл был слишком занят собственными проблемами, чтобы думать о любви,

И, вообще все было не так как он представлял себе. Он не ощущал в себе ничего похожего на половодье чувств, изображаемое авторами романов, страсть не кружила ему голову. Да, честно говоря, Кортни не была его идеалом. Перл часто представлял себе огромные синие глаза и белоснежную кожу какой‑то далекой неведомой красавицы.

Воображал как погружает лицо в густые волнистые прядя ее волос

Когда‑то он представлял себе любовь как блаженство, которое охватывает тебя и превращает весь мир в весенний сад. Он ожидал несказанного счастья, но то что он чувствовал сейчас по–отиошеиию к Кортни вовсе не было блаженством.

Перл испытывал скорее сожаление от того, что не может сейчас целиком отдаться во власть страсти. Когда‑то еще в молодости у него было что‑то подобное.

Он часто пытался вспомнить с чего тогда все началось, но не мог. Перл только знал, что всякий раз, когда он видел свою первую любовь, у него сжималось сердце, а когда она заговаривала с ним у него как‑то странно перехватывало дыхание.

Теперь ничего подобного с ним не случалось. Однако, он пытался ни единым словом, жестом или неосторожным взглядом не обидеть Кортни, не задеть ее чувств к нему.

— Мы уже здесь, — сказал он с улыбкой, целуя ее в губы.