Санта–Барбара II. Книга 1

Тиммонс в изнеможении простонал:

Сантана забеспокоилась:

— Ты кого‑нибудь ждешь?

Тиммонс затряс головой:

— Нет–нет, уже слишком поздно, чтобы я кого‑нибудь ждал. Да и вообще, у меня сегодня был тяжелый день, а тут еще эти посетители… Едва слышно выругавшись, он направился к двери. Сантана осталась стоять в дальнем углу гостиной, пытаясь хоть как‑то утихомирить дрожащие от возбуждения руки.

Когда Тиммонс распахнул дверь, из уст его вырвался непроизвольный крик:

Перед ним стоял Круз Кастильо.

Ко всем неприятностям, которые произошли за этот день, прибавляется еще и эта — поздним вечером к нему домой приходит муж его любовницы, он же — его злейший враг.

Оглянувшись, Тиммонс едва не выдал себя. Но Круза он все еще не впускал в дом, поэтому тот не видел, что Сантана находится здесь.

Кастильо еще не успел сказать ни единого слова, как Тиммонс выразил свое явное неудовольствие;

— Послушай! Нельзя ли отложить это все на завтра? — скривившись, сказал он.

Кастильо спокойно смотрел на него, сверяя пронзительным взглядом

— Нет, — сказал он. — Сейчас именно то время, которое требуется. Мы не можем откладывать это до утра.

Тиммонс по–прежнему не приглашал его в дом. Он стоял на пороге, закрывая собой Крузу обзор.

— Ну, чего тебе надо, Кастильо? — грубо спросил окружной прокурор. — Раз уж ты стоишь здесь, выкладывай!

— Меня посетила одна забавная идея, — вздохнув, сказал Круз.

Тиммонс натянуто рассмеялся:

— Из‑за того, что тебя посетила какая‑то забавная идея, ты решил нарушить мой вечерний отдых? Не забывай, что я все‑таки окружной прокурор, и обращаться ко мне по пустякам — дело безнадежное.

Тебе повезло, что я сейчас нахожусь в хорошем настроении, иначе я бы просто захлопнул дверь перед твоим носом, отправив тебя отдыхать вместе с твоими забавными идеями.

Круз выслушал этот монолог, слегка нахмурившись:

— Все‑таки, с твоего позволения, я продолжу Моя идея состоит в том, что, по–моему, наш уважаемый окружной прокурор замешан в чем‑то противозаконном, причем, замешан по уши.

Тиммонс внутренне напрягся, но постарался ничем не выдать своего состояния. Криво усмехнувшись, он спросил:

— Вот как! С чего это ты взял?

Кастильо внимательно следил за ним. Увидев, как забегали глазки Тиммонса, он понял, что его подозрения были не беспочвенными. Тиммонс наверняка что‑то знает, и спокойствие его выглядит слишком искусственным.