Санта–Барбара II. Книга 1

— Я не стал бросаться в игру сломя голову. Я рассовал деньги по карманам и пошел в бар пить пиво.

Но возбуждение не покидало меня. У меня стучало в голове: это кончится плохо… это кончится плохо…

Я допил пиво и решил мотать отсюда. Направился в кассу, но по дороге… Джина, ты не поверишь! Ноги сами, помимо моей воли привели меня к ближайшему рулеточному столу.

Даже не понаблюдав за игрой, я стал выкладывать жетоны. Тогда я поставил на вторую половину круга. Не помню, по–моему, с шестнадцатого до тридцать пятого номера.

Короче говоря, всего двадцать жетонов. Первая половина и последний номер оставались не закрытыми.

Шансы на выигрыш были у меня двадцать к тридцати семи. Чуть выше, чем один к одному. Когда шарик завертелся, я подумал — кто же так играет, кретин?

Тогда выпал кажется номер из второй десятки и мне подфартило на пятнадцать дополнительных жетонов. «Спокойствие, Лайонелл, спокойствие…» — сказал я сам себе.

Потом, в следующий тур я играл более осторожно. Закрыл уже тридцать три гнезда из тридцати семи.

Оставил незакрытыми только цифры в серединке, а выпал номер «3». Но это был совсем небольшой выигрыш: два жетона.

Вот так, почти не идя на риск, я сыграл еще три тура. И каждый раз выигрывал…

Потом я, разумеется, снова выпил пива. Было уже часа три ночи. Мой общий выигрыш достиг тогда уже тысяч семь долларов. У меня карманы разбухли от жетонов. Я уже мог пару раз остаться в проигрыше. Катастрофы из этого не было. По теории вероятности сейчас я должен был проигрывать.

Выпив пива, я начал играть дальше.

Потом я играл уже с шансами двадцать восемь к тридцати семи. И выигрывал. Всякий раз я неизменно выигрывал. Шарик ни разу не остановился на незакрытом гнезде. Конов десять подряд.

Меня уже почти тошнило от возбуждения. У меня из всех карманов вываливались жетоны. И я думал, что все это слишком неправдоподобно.

Я снова смотрел на себя в зеркало и видел уже совершенно другого человека. У меня глаза были налиты кровью. Я был похож на вынутого из воды морского окуня.

Я пошел в кассу и обменял жетоны на двадцать тысяч долларов — и все равно у меня еще оставалось намного больше, чем те, с которыми я начинал игру.

Тогда я решил сыграть только три кона.

Первая игра с минимальным риском. Тридцать три против тридцати семи. Все прошло хорошо.

Вторая игра с шансами двадцать девять к тридцати семи. Здесь тоже все сошло удачно.

Ну, я и подумал — все равно, что бы ни случилось в последней игре, я уйду отсюда с крупным выигрышем.