Санта–Барбара II. Книга 1

— Августа, ты всегда превратно истолковываешь мое молчание. Клянусь тебе, у меня и в мыслях ничего подобного не было.

— Почему же ты молчишь?

Локридж развел руками.

— Должны же быть какие‑то паузы в разговоре, Августа, могу я отдохнуть и просто посмотреть по сторонам — кто здесь сидит, как кто одет, какие с ними женщины?

Августа осуждающе покачала головой.

— Ты же старый хрыч, Лайонелл. Тебе о здоровье думать надо, а не о женщинах и нарядах.

Он с притворным возмущением нахмурил брови.

— Ты уже во всем мне отказываешь… Наверное, опять вспомнила времена нашей молодости,

Августа постаралась предотвратить нежелательное развитие разговора.

— Да, это были любопытные времена, — со вздохом сожаления сказала она. — Жаль, что они уже давно кончились… Но ты мне так и не сказал, куда ты едешь этим летом на отдых. Ты не представляешь себе, как мне интересно узнать об этом. Наверное, Лайонелл, ты задумал что‑нибудь совершенно особенное — иначе ты бы не темнил так?..

Локридж в изнеможении махнул рукой и простонал:

— Ну, хорошо, хорошо, сейчас в тебе все расскажу.

Только, пожалуйста, больше не изводи меня своими расспросами. И не надо проявлять такое назойливое любопытство.

Августа изобразила на лице оскорбленную мину.

— Это ты меня называешь назойливой? Значит, ты так относишься к своей бывшей законной супруге? Что, мне уже и спросить тебя никогда ни о чем нельзя? Вот какую благодарность я получила от тебя за те годы, что посвятила тебе… — она подавала все это под видом шутки, но Лайонелл услышал в ее словах и искренние нотки возмущения.

— Как ты можешь даже говорить такое? Я — назойливая? Если бы я не относилась к тебе как к мужу, пусть даже бывшему, ноги бы моей сейчас здесь не было!

Локридж готов был заткнуть уши руками, лишь бы не слышать этих причитаний.

— Ну, хорошо, хорошо… — примирительно пробормотал он, поднимая руки. — Дорогая, я все тебе расскажу, только не возмущайся.

Но Августа не была удовлетворена таким вялым, с ее точки зрения, извинением.

— Попроси прощения и пообещай, что больше никогда не будешь так разговаривать со мной, — самоуверенно заявила она.

Августа победоносно улыбнулась.

— А теперь рассказывай, — милостиво разрешила она.

— В общем, я решил в этом году отправиться не на остров и не на новый материк.

— Не торопи меня, Августа, я сам все расскажу тебе, — он опасливо осмотрелся по сторонам, как будто боялся, что кто‑нибудь еще узнает его глубоко интимное намерение. Не заметив никакой явной опасности, он продолжил.