Санта–Барбара II. Книга 1

А твои предки откуда, Круз?

Кастильо глянул на Кэпвелла исподлобья:

— Я думаю, что мои предки когда‑то воевали с твоими предками за право жить на этой земле, но, в сущности, это все равно. Ты лучше пей кофе, а я подожду.

Мейсон покосился на инспектора:

— Я не понимаю — а чего ты ждешь, Круз? Я в совершенно нормальном состоянии, ты можешь приступать к допросу прямо сейчас

Круз сидел, задумчиво подперев рукой подбородок. Как ни странно, он не испытывал к Мейсону каких‑то неприязненных чувств — наверное потому, что он был ему чем‑то симпатичен.

Самостоятельный, независимый в суждениях, нельзя отнять Чувство юмора, пусть далее черного, был предав Мэри и тяжело переживает ее смерть — все это не могло не вызывать у Кастильо чувства элементарного сострадания и сожаления О том, что так вес получилось.

Точнее, Круз еще не знал, что случилось с Мейсоном и Марком Маккормиком, что произошло между ними на крыше отеля «Кэпвелл».

Именно для того, чтобы узнать об этом, он и привез Мейсона в участок.

Именно поэтому сейчас поит его кофе в ожидании, пока Мейсон придет в такое состояние, когда сможет связно разговаривать. Но, похоже, Мейсон совершенно не был согласен с таким мнением инспектора. С отвращением проглотив немного кофе, Мейсон поднял голову;

— О, я смотрю, у тебя на столе есть пишущая машинка. Давай, заправляй бумагу, в самом деле, не вручную же тебе заполнять протокол.

Кастильо задумчиво повернул голову и посмотрел на машинку.

— Ну, начинай, Круз, — снова повторил Мейсон, — давай, печатай свои бумаги, заполняй протокол, оформляй задержание, ну, и так далее.

Кастильо покачал головой:

— Нет, Мейсон, я, пожалуй, сначала лучше послушаю.

— Не стоит тратить время на бесполезное занятие, — Мейсон, не без удовлетворения поставил на стол пластиковый стаканчик с недопитым кофе и торжественно встал со стула. — Ну что ж, я думаю, это разумный ход с твоей стороны, Круз, — заявил он.

Кастильо настороженно перегнулся через стол:

— Что ты собираешься делать, Мейсон?

— То, ради чего мы с тобой здесь собрались, — уверенно ответил тот.

— Я собираюсь сделать признание, — Мейсон снова откинулся на спинку стула.

— Хм, вот как? Ну что ж, валяй.

Мейсон поначалу немного почмокал губами, будто пытаясь изгнать изо рта неприятный привкус полицейского кофе, а затем торжественно заявил:

— Я, Мейсон Кэпвелл, будучи в полном здравии и трезвой памяти, заявляю, что убил Марка Маккормика.