Санта–Барбара II. Книга 1

Перл, кривляясь, схватил трубку и закричал в микрофон:

— Алло, это полиция? Здравствуйте, офицер! Я хочу заявить о пропаже девушки.

Кортни стояла рядом, прыская от смеха. У Перла действительно был актерский талант, он изображал все это с таким неподражаемым комизмом, что удержаться от смеха было просто невозможно.

— Как ее зовут? — продолжал кричать в трубку Перл. — Сейчас вспомню. Кажется, ее зовут Кортни Кэпвелл. Но она взяла себе другое имя. Теперь к ней можно обращаться только как к Буб–Бум–Латуш.

Кортни расхохоталась:

— Перл, прекрати.

Ты вгоняешь меня в краску. Вдруг у соседей услышат твои вопли?

Но Перл, не обращая на нее внимания, продолжал переговоры с воображаемым полицейским офицером на другом конце провода:

— Нет, сэр! Когда я проснулся, ее уже не было, она куда‑то сбежала. Да, я думаю, она еще в городе.

Кортни извиняющимся тоном сказала:

— Перл, я не думала, что задержусь так долго. Прошу тебя, не поднимай общегородскую тревогу, а то сейчас все полицейские машины начнут меня разыскивать.

Правда, они, наверное, будут игрушечными и сидеть в них будут резиновые полицейские. По–моему, я видела нечто подобное у тебя в соседней комнате. Ну извини, извини, — рассмеялась Кортни, — я хотела сделать тебе сюрприз.

Перл схватил стоявшую рядом с ним прислоненной к стене бутафорскую подзорную трубу и приложил ее к глазу:

— Нет, офицер, я ее везде искал, но так и не смог обнаружить.

Она полезла в сумочку, которую держала подмышкой:

— Вот смотри, Перл, я купила билеты на сегодняшний вечер на восемь до Бостона.

Надеюсь, не слишком поздно? — Она достала из сумочки два авиабилета и радостно помахала ими перед лицом. — Видишь, Перл, мы сможем улететь сегодня же!

Он перевел трубу на нее и радостно завопил в телефонную трубку:

— Офицер, офицер! Я ее вижу! Все, она нашлась, можете не высылать машину. Да, она хочет сбежать сама и хочет похитить президента.

Не отнимая от глаза подзорной трубы, он закричал:

— Она сумасшедшая! Она хочет похитить меня, вашего президента! Но я не уеду с ней, как я могу оставить мою любимую Америку без правления?

Затем вдруг его тон переменился, из шаловливого в абсолютно серьезный.

Перл опустил подзорную трубу и без тени улыбки, сказал:

— Он не уедет, потому, что он должен остаться.

Кортни мгновенно поняла, что он не шутит. Для нее это был жестокий удар — губы девушки задрожали, из глаз покатились крупные слезы.

— Кортни, — обратился к ней Перл. — Не стоит так расстраиваться.