Санта–Барбара II. Книга 1

Проволочные растяжки с каждым порывом ветра трещали все сильнее и сильнее.

Марк расхаживал по крыше, возбужденно размахивая руками.

— Мэри, не думай, что я признаюсь во всем, чем угодно, только ради твоего удобства. Это не в моих традициях. Ты хочешь, чтобы я признался Мейсону в изнасиловании, и снял с тебя всю вину?

— Марк, послушай меня…

— Так вот, снимай с себя свою собственную вину каким‑нибудь другим способом! Я тебе в этом деле не помощник! Если ты надеешься, что я стану добровольно оговаривать себя, то ты сильно ошибаешься.

У меня и без того достаточно неприятностей, чтобы я вешал на себя всех собак, каких тебе только захочется на меня повесить. Я уже и так согласился на многое, что мне неприятно, а ты хочешь, чтобы я был по уши завален обвинениями, обязательствами, договоренностями и прочей ерундой…

Он умолк, повернувшись к ней спиной.

Мэри потеряла самообладание.

— Я бы хотела узнать, как тебе удалось избавиться чувства собственной вины, Марк? — выкрикнула она ему в спину.

Он обернулся.

— Мое преступление состоит только в том, что я слишком сильно любил тебя!

— Ах, вот как? — возбужденно закричала она. — Значит, Мейсон прав: тебя может остановить только суд! Марк я больше не желаю с тобой разговаривать!

Мэри повернулась, чтобы покинуть крышу, но он схватил ее за локоть.

Она закричала, отбиваясь от него кулаками.

— Пусти меня, не трогай меня! Какое право ты имеешь это делать?

B этот момент дверь на крышу открылась и там показалась фигура Джулии Уэйнрайт.

Увидев, как Марк схватил за руку Мэри, Джулия отчаянно завизжала:

— Отпусти ее! Не трогай Мэри, мерзавец!

Джулия бросилась к ним, словно мать вступается за обиженного ребенка. Она оттолкнула Марка в сторону и встала между ним и Мэри.

— Не смей ее трогать! — угрожающе воскликнула она. Тяжело дыша, Джулия обернулась.

— Мэри, ты в порядке?

Она ощупала ее плечи.

— Да, Я пыталась поговорить с ним. Думала, что все можно уладить как‑то иначе, но я ошиблась.

Возбужденно размахивая руками, Джулия воскликнула:

— Такие люди не заслуживают права жить в одном мире с нами, их нужно изолировать от общества.

Марк столь же возбужденно закричал:

— Тебе не удастся меня изолировать! Потому что Мейсон отзовет свой иск. Ведь так, Мэри? Правда, процесса не будет? Ведь в этом нет никакого смысла.

Мэри вдруг почувствовала, что ей не хватает воздуха. Она стояла, раскрывая рот, как выброшенная на берег рыба, и не могла проронить ни слова.