Онлайн-библиотека книг
Она, — он кивнул на Шейлу, — мой человек… Она утверждает, что ваш полицейский ей все испортил.
— Кто именно? — спросил Соммер.
— Круз Кастильо, — ответила Шейла. — Он когда‑то работал с нами, а теперь, после Латинской Америки, работает у вас в участке.
Джонатан Соммер поднял брови.
— Прошу объяснить подробнее, — холодно попросил он.
— Вам это очень не понравится, комиссар, — продолжал Брайтон Смайли, и обратился к Шейле: — Повтори, пожалуйста, что ты мне говорила.
— Я работала с одним типом, — начала рассказывать Шейла.
— Вы, наверное, хорошо поработали, — предположил комиссар Соммер.
— Да, я хорошо поработала, — кивнула Шейла и ее губы тронула ироничная улыбка. — Я все обставила, Рикардо был готов закупить большую партию нашего товара, мы бы все его лаборатории накрыли одним махом.
— Так что же случилось?
— Нас, я имею в виду себя и Рикардо, ограбил какой‑то человек…
— Вы знаете точно, кто это был? — спросил комиссар.
— Нет, — ответила Шейла. — Он был в маске.
— Тогда при чем здесь Круз Кастильо? — недоуменно развел руками Соммер.
— Просто несколько дней назад Рикардо бросил вот такую купюру в лицо одному полицейскому инспектору, — при этих словах Шейла достала из сумочки и показала Соммеру скомканные сто долларов в пластиковом пакете. — Этим инспектором был Круз Кастильо. А грабитель смял точно такую же купюру и бросил в лицо Рикардо…
— Не понимаю, — помотал головой комиссар.
— Все очень просто, комиссар Соммер, — сказал Брайтон Смайли. — Мы проверили по фотографиям. Тот полицейский, которому в лицо бросил бумажку Рикардо, был Крузом Кастильо. Ну, об этом Шейла вам уже говорила.
Тут Джонатан Соммер взорвался.
— Да что вы, с ума посходили? — закричал он. — То, что вы мне рассказали, ни черта не стоит. Если вы хотите обвинить одного из моих людей, давайте доказательства!
— Знаете, комиссар, — горячо ответила ему девушка.
— Это мог быть какой‑то местный псих, которого вы не знаете, — холодно проговорил комиссар.
Шейла пристально посмотрела ему в глаза.
— Я надеюсь, что я ошибаюсь, — четко произнесла она. — Только я знаю, что он действовал слишком чисто.
