Онлайн-библиотека книг
Девушка протянула руку к Элли, но старшая сестра вдруг повернулась и жестко произнесла:
— Знаете что, не называйте нас больше мартышками, ясно?
— Но почему? — спросила Линда. Она чуть не заплакала от отчаяния.
— Так нас называл только наш папа, — ответила девочка и снова улеглась, отвернувшись к стене.
После таких жестоких слов Линда не решилась погладить ее по голове. Она тихо выключила свет и вышла из спальни, еще раз тихо произнеся:
— Спокойной ночи…
Линда прикрыла дверь и прошла на кухню. Увидев Круза, девушка опустилась на табурет рядом с ним, и тут самообладание покинуло ее.
Плечи ее затряслись, Линда горько заплакала.
Кастильо не знал, как ее утешить.
— О Круз, — простонала девушка. — Из меня получается никудышная мать. Ты слышал, как Элли сейчас разговаривала со мной?
Круз кивнул.
— Я не выдержу Круз, — продолжала Линда. — Я весь день была с ними такой внимательной. Временами мне казалось, что все идет прекрасно. И вдруг под вечер — такое. Круз, я в отчаянии…
Приступ рыданий прервал се слова.
— Все‑таки возьми себя в руки, не расстраивайся, Линда, — сказал Кастильо спустя некоторое время, когда девушка немного успокоилась.
Линда отстранилась и подняла на молодого человека заплаканные глаза.
— Почему? — шепотом спросила она. Спазм перехватил ей горло.
— Я уверен, что у нас все образуется, — сказал
Круз. — Я действительно думаю так, милая.
— Мне бы твою уверенность, — произнесла девушка и попыталась улыбнуться.
Кастильо чувствовал себя полным профаном во всем, что касалось области взаимоотношений с детьми.
— Понимаешь, — начал Круз, — Маленькие дети очень часто бывают жестокими… Они не владеют дипломатическими приемами, как взрослые. Но, вместе с тем, дети отходчивы, они легко забывают обиды.
— Откуда ты это можешь знать? — недоверчиво спросила Линда.
Круз с убежденным видом кивнул головой.
— Я знаю, я почитываю на досуге кое–какие книги…
— Перестань, милый, — остановила его девушка.
— Ну и что? — стал хорохориться Круз. — Подумаешь, педагогическое образование…
— И потом, ты говоришь, что на досуге читаешь книги, — продолжала Линда. — Но я прекрасно знаю, как ты проводишь любой день. Тебе же не дает продохнуть работа.
