Сбежавшая невеста для Грозного (СИ)

- Это был Костик, мам... это был наш Костик! - боль и отчаянье сплетаются воедино.

Я до сих пор не могу поверить, что мой лучший друг был способен на такое!

- Я знаю, - шепчет мама.

Ее слезы капают на наши переплетённые руки.

Следом за образом обезумевшего друга перед глазами встает другой образ.

Полная его противоположность. Высокий и поджарый мужчина. С прекрасно развитыми мышцами и плавными хищными движениями.

Тогда, в горячечном бреду, мне показалось, что он пришел за мной, звал за собой и говорил, что я его.

И я была готова уйти за ним за грань. Лишь бы вместе. Лишь бы рядом.

Но я выжила... и это хорошо.

Сердце сжимается в груди. Обливается горячей кровью, но все-таки бьется.

Хорошо. Уговариваю саму себя. Хватит быть эгоисткой. Мои родители не заслужили такое отношение.

Достаточно посмотреть на всегда сдержанную маму, чтобы понять, как она волновалась обо мне. И все это далось ей нелегко.

Мечтать о смерти сейчас - подлость по отношению к родителям!

Дверь в мою палату распахивается.

На пороге появляется уже немолодой врач.

А следом за ним и папа.

Кругленький папа, словно воздушный шарик в несколько прыжков преодолевает расстояние до моей кровати и обнимает нас с мамой.

- Папочка! - новая волна истерики накатывает на меня. - Прости меня! Я так виновата!

- Не надо! - хором говорят родители.

- Я не думала, что все так получиться. Что Костя, что он... - спазм сжимает горло и я не могу продолжать.

- Все хорошо, родная! - они гладят меня по голове.

Так мы и замираем, не разрывая объятий.

Дружно судорожно вздыхаем. Мы с мамой всхлипываем, отец фыркает.

Родительские руки дарят мне так необходимое тепло и поддержку.

Врач за нашими спинами откашливается и просит моих родителей оставить нас. Неохотно они соглашаются.

Осмотр не занимает много времени. Опрос отнимает последние силы и я откидываюсь на подушку и погружаюсь в тревожную серую дрему.

Весь ужас пережитого возвращается.

Звуки выстрелов и...

Грозный заваливается на бок. Из-под его тела расползается уродливое темно-алое пятно.

Оно растет и ширится, подходит к моим ногам, пачкает подошвы, поднимается все выше по моим джинсам.

Слезы ручьями стекают по моим щекам, чувствую их через сон, через боль.

- Нет! Грозный! Не умирай! - кричу я во сне.

И тут он снова приходит ко мне.