Сборник "Черные бушлаты. 8 книг"

Напротив нас стояла такая же редкая цепь охраны, почему-то с наганами в руках.

«Будут стрелять? Но, капитан же говорил мне…» Ну, вот уж хрен! Просто так я не сдохну! Рыкнув что-то нечленораздельное, я рванулся вперед, одновременно смещаясь слегка вбок, сбивая прицел…

Нестройно грохнул залп — мимо! То-то же! Знай на…

Удар, толчок и я полетел куда-то в темноту…

— Дядя Саша, да не кисни ты так! А, то, на тебя глядя, и у меня на душе кошки скребут! — это опять «Крест». Сидит, балабол, на подоконнике и смотрит в окно.

 — Вон, глянь, опять медсестры куда-то пошли. Точняк тебе говорю, вон та, черненькая на меня смотрит. Ух, и доберусь я до нее!

— Доберусь, доберусь,… Ты сам-то сначала отсюда выберись, а уж потом по медсестрам шныряй.

— Нет, ну как ты, дядя Саша, можешь одним словом всю малину опоганить! Ну, тебя к лешему, еще накаркаешь! — «Крест» неуклюже спрыгнул с подоконника и заковылял к двери. Ему досталось — пуля прострелила ему ляжку навылет, вот он и ходит боком. Видимо, мой отчаянный рывок внес свои коррективы — охрана стреляла второпях и, наверное, поэтому, мазали.

Мне тоже «повезло» — одна пуля задела мне бок и еще одна скользнула по черепу. Повезло, только кожу содрала. Но, по башке приложило изрядно, я пришел в себя уже тут, в госпитале. Уже у немцев. Словоохотливый «Крест» поведал, что немцы ворвались в тюрьму через полчаса после расстрела и кроме нас двоих, подобрали еще и «Барина». Ему досталось тяжелее и по слухам его увезли куда-то на операцию. А мы лежим в отдельной палате, с часовым у двери. Смотрят за нами, в принципе неплохо, медсестры местные — из города, а вот врач немец — Готлиб Карлович. Тоже, кстати местный, но у немцев в авторитете. Врач, кстати, вполне серьезный, дело свое знает отменно и порядок у него тут истинно немецкий. Первое время нас даже из палаты не выпускали — только в туалет, благо он в трех шагах от двери. Потом режим смягчился, разрешили выходить во двор, правда, под зорким оком часового. Так что, когда «Кресту» охота покурить, мне приходиться тащиться с ним во двор. Там он тут же начинает распускать хвост и клеиться к медсестрам, но пока, безрезультатно.

По утрам в 11 часов к нам приходит лейтенант Майер из комендатуры и в течение двух часов внимательно выслушивает наши ответы на его каверзные вопросы. Вот тут уже отдувается «Крест». Рана на голове для меня, в данной ситуации, оказалась божьим даром, кошу под потерю памяти. Хотя, особенного интереса для немцев я не представляю.