Сборник "Черные бушлаты. 8 книг"

— Ну, скажи, что я тебе такого сделал? Дорогу перешел? На твое место у Ланге нацелился?

Есть! Попал! То-то он так дернулся! Спекся парень, теперь уже яснее на горизонте стало. А еще один заходик?

— Так ты успокойся, не пойду я к нему.

— Не с руки это мне. Да и другие причины есть. Мне здесь делать нечего.

— А то ты недогадливый стал?

— Ты загадками-то мне не говори — шевельнул он стволом нагана. — Что тебе еще Ланге говорил?

— Молчать буду — стрельнешь?

— Не будешь ты молчать.

— А вдруг? Терять-то мне нечего.

Мне-то при любом раскладе терять неча, а вот тебе… ты ж к нему в непонятках не пойдешь, тебе ясность нужна. Без этого страшно. Да и не простят тебе ошибки.

— Доиграешься ты, дядя Саша. Вот, как поговорят с тобой люди опытные…

Р-р-а-з! Пущенный сильной рукой табурет врезался Кресту в плечо, опрокидывая его на спину. Наган вхолостую щелкнул бойком, но было уже поздно…

Привязав его к стулу, я сходил на кухню и налил себе воды. Поднял табурет и уселся напротив связанного Креста. Задрал ему штанину и осмотрел рану на ноге.

Ну, да, как я и думал.

— Может, хватит тебе дурака валять? Очнулся уже, вон веки дрожат.

— Молчишь? Ну, ладно, я не гордый. Ты помолчи пока, а я поговорю. Ты по какой линии у нас идешь? НКВД? ГУГБ? ГРУ?

Крест открыл глаза и удивленно на меня посмотрел.

— Ты не удивляйся, я много чего знаю. И про подставу вашу с побегом и расстрелом и про Ланге. Я не знаю, сами вы этот побег затеяли или все же зеки его спланировали, но ты про него знал. А нужно тебе было позарез вместе с Ланге к немцам попасть, так, чтобы в доверии у него быть.

Убеги он сам — и что? Попал бы ты к немцам, кто б тебя к нему на пушечный выстрел пустил? Подходов в зоне ты к нему не имел. Он и не вспомнил бы тебя вовсе. Значит — не нужен был тебе УСПЕШНЫЙ побег. А вот проваленный — самое то! Вот и увел тебя утром конвой вместе с другими. И назад ты вернулся уже в тюрьму. И там уже с нами вместе комедию на суде ломал. Не так?

— Заговариваешься ты. В меня же стреляли со всеми вместе.

— Вот! Я все ждал, когда ж ты про этот козырь неубиенный вспомнишь! Стреляли, это так. Вместе, но не в тебя. Помнишь, Райнхельт спрашивал, как так вышло, что у тебя раневой канал сверху вниз, не как у всех?

— Так с вышки же стреляли. Он и на плане ее видел.

— Он на плане, а я — наяву. И чтобы Ты ТАКУЮ рану получил, должен ты был бы не от нее бежать, а к ней. И встать под ней почти вплотную, да еще и извернуться так, как не всякий гимнаст сумеет.