Сборник "Игрок"

— Это… предупреждение… нам надо торопиться! — заметался по склону шейри, лихорадочно крутя хвостом и бормоча себе под нос скороговоркой. — Значит, браслет просыпается… нам надо поспешить… значит, мы уже не успеваем, и эар дал тебе гораздо меньше времени, чем мы рассчитывали… Гайдэ, нам срочно нужна лошадь!

— Затем, чтобы ты быстрее добралась до эаров!

— Лин, — устало вздохнула я. — Я не умею ездить верхом. Забыл? На лошади от меня проку будет еще меньше, чем так.

— Да? А если ты станешь слабеть с каждым днем?!

Я невольно вспомнила о Тенях и о том, что примерно через неделю мне снова придется их чем-то кормить, и вздохнула еще тяжелее: мало нам было трудностей, так нет же — эар создал еще одну.

Гад какой. Жаль, я с него не всю кровушку выцедила, потому что неприятностей он мне наделал — на всю оставшуюся жизнь хватит. И только из-за того, что я очень неудачно упала ему на голову.

— Гайдэ, что с тобой? — испуганно спросил Мейр, вернувшись от моста.

— Ничего страшного, — бледно улыбнулась я.

— Ты белая как полотно!

— Это от слабости, — попыталась оправдаться я, но и сама уже понимала, что моя ненормальная бледность, расползшаяся уже на все тело, начинает бросаться в глаза. — Собираемся, нам надо идти.

— Что с тобой было? — не послушался ло-хвард. — Почему мы не могли тебя разбудить?

— Браслет… проснулся, — неохотно призналась я и показала на окровавленный рукав. Оборотень тут же упал возле меня на траву и, задрав мокрую ткань, осторожно ощупал руку.

— Очень слабо.

А пальцы на кончиках не чувствую совсем. Как не мои.

— Плохо, — Мейр прикусил губу, старательно ощупывая руку выше локтя. — А здесь что-нибудь чувствуешь?

— А кожа у тебя всегда такая была?

Я с досадой отвернулась.

— Нет. Сам, что ли, не видишь? И не помнишь, какой я была вчера?

— Вчера было уже темно, — прошептал оборотень. — Вчера я подумал, что ошибся.

— Не ошибся: я действительно становлюсь похожей на эара. Только волосы еще мои… пока что.

Мейр кинул быстрый взгляд на мою трепаную шевелюру и, не поменявшись в лице, сунул мне под нос одну из выбившихся из косички прядей.

Я какое-то время тупо смотрела на нее, как на рукав недавно, а потом обреченно махнула рукой.

— Да какая теперь разница? Ну, посветлела она тоже? Видимо, браслет решил, что русый — не мой цвет, и решил промелировать. Кто ж ему возразит?

— Она светится, — тихо сказал оборотень, старательно отводя глаза. — Все твои волосы теперь светятся, когда на них падает солнце.