Сборник "Игрок"

Просто потому, что они настоящие… первые настоящие друзья, которые стали мне неожиданно дороги. Или, правду сказать, уже и не друзья, а скорее братья. Самые настоящие кровные братья, которых у меня никогда раньше не было, которые именно сейчас ими стали и которых я теперь тоже никогда не предам. И никуда не отпущу, даже если мне руку будут резать тупой пилой без анестезии.

— Так о чем, Гайдэ? — настойчиво тронул меня лапой шейри, не услышав дружного вздоха, раздавшегося в моей голове. — О чем ты сейчас думаешь?

Мои губы тронула слабая улыбка.

— О будущем, друг мой. Кажется, оно начинает наконец постепенно вырисовываться.

О том, что мы приближаемся наконец к месту назначения, я поняла довольно быстро. Сперва по тому, как резко загустел и почернел окружающий лес. Затем — по тому, как последняя тропинка, смутно напоминающая старую и заброшенную дорогу, уверенно свернула на восток, оставив нас отыскивать дальнейший путь самостоятельно и, наверное, даже на ощупь. Наконец, по тому, как исчезли ставшие привычными голубые сосны, а вместо них стали появляться странные, совершенно невообразимого вида деревья.

Поначалу по одному-два, затем — все чаще… а когда мы перешли вброд какую-то мелкую речушку, лес изменился так резко и внезапно, что мне моментально стало ясно: хозяева здесь уже другие. И порядки, судя по всему, тоже.

Надо сказать, что этот новый лес выглядел гораздо интереснее и богаче, чем оставленный нами. Этот Лес казался сказочным. В нем было так много ярких красок, так много необычных кустов, такое диковатое разнообразие флоры, что с непривычки разбегались глаза.

Синий, фиолетовый, ярко-желтый… я в жизни представить себе не могла, что трава может приобрести такой сочный сиреневый оттенок, а обычная с виду рябина вдруг вымахает до высоты трехэтажного дома и разродится крупными малиновыми плодами, больше похожими на гроздья винограда, чем на привычные ягоды.

Деревья все, по-видимому, были довольно старые, каждому не меньше двух сотен лет, с густыми кронами. На одних — огромные, буквально гигантские листья, в которые можно завернуться целиком, на других — совсем крохотные, не больше ногтя, на которые без лупы даже смотреть неудобно.

Сами деревья удивительно прямые, будто специально выращенные, с могучими толстыми ветвями. По таким ветвям вполне можно гулять, как по второму этажу, не испытывая никакого дискомфорта.

Под ногами упруго пружинил густой мох. Тут и там то и дело встречались целые опушки, до отказа заполненные ошеломительно яркими цветами.