Сборник "Приграничье" (1-5 чатси)

 — О, поздравляю, у тебя один в бегах. Наряд вызываем?

Не сразу сообразившие, что это не шутка, солдаты гарнизона злорадно заулыбались и поднялись на ноги. Вот сейчас тебе «солдафоны» и аукнутся.

— Не надо наряд, не надо, — сразу посерьезнел Гриша. — Кто?

— Сейчас посмотрим. Стоп-лист Патруля. Самовольное оставление места службы…

— Это я. — Вытащив из кармана полученные вчера от Ильи документы, я передал их Григорию.

— Ну вот, — облегченно улыбнулся тот. — У тебя там дата есть? Тридцатое? Смотри, приказ от двадцать девятого.

— Сам, поди, рисовал? — хитро подмигнула мне девушка, просмотрев распоряжение о переводе в Дружину.

— Пробей по базе, — подсказал Гриша.

— Есть такой приказ, — прочитав выведенную на монитор информацию, задумалась операционистка. — А почему Патруль стоп-лист выставил?

— Я откуда знаю? — развел руками Григорий.

— А кто знать будет? Вот вызову сейчас наряд…

— Перестань, золотце. Вернусь, все улажу. А сейчас, правда, времени нет.

— Ладно, проходите, — вернула документы «золотце».

— Да я и не надеюсь. — Гриша передал мне бумаги и указал на выход.

Один из караульных набрал код и с трудом распахнул массивную створку двери. Мы прошли в нее и оказались в длинном коридоре со стенами из неоштукатуренного красного кирпича. Коридор упирался в перекрывающие проход железные ворота.

— Еще и дезертир, — ни к кому не обращаясь, вздохнул шедший позади Хан.

— Что значит — еще? — остановившись, развернулся к нему я.

— Тебе видней, — кисло усмехнулся Хан и прошел мимо.

— Чего ты к нему цепляешься? — одернула меня Вера. — Не трогай, меньше пахнуть будет…

— Да кто его трогает? — вздохнул я.

Трону — действительно запахнет. Летом трупы весьма быстро разлагаться начинают.

— Елки! — Уже подошедший к выходу из коридора Первый зажал шею рукой. — Что за дела? Жжется!

— Ничего страшного, — успокоил его колдун. — Нас сейчас сканируют, вот заклинание татуировки и вошло в резонанс.

— А у тебя как? — повернулся Первый к брату.

— Нет, чешется только.

Мы дождались, когда откроются створки ворот, прошли еще через одну комнату с солдатами Гарнизона — уже опухший от безделья колдун на нас даже не взглянул — и вышли на крыльцо.

Все, стена осталась позади. Здравствуй, воля!

Городские ворота находились метрах в семидесяти левее и, судя по количеству телег и бестолково суетившемуся на дороге народу, проблемы с въездом-выездом пока решены не были.