Сборник "Приграничье" (1-5 чатси)

— Проходи, не стой столбом, — раздраженно бросил сидевший в кресле перед столом хозяина кабинета Артем Гельман, с недавних пор занимавший пост заместителя начальника Патруля по дальним территориям. Он устроился на самом краешке кресла и, похоже, едва сдерживался, чтобы не вскочить и не вытянуться по стойке смирно. Понять его можно, в Патруль Гельман перешел всего два месяца назад именно из Дружины. Неудивительно, что он волнуется. Или мне только кажется? Очень уж он похож на маленького нахохлившегося воробья: вихры взъерошенных волос, словно перья, торчат в разные стороны, длинный нос на худом лице смотрится совсем как клюв.

Добавляло сходства и вечно удивленное выражение лица. Из-за внешности относиться к Артему всерьез было нелегко, но успешная карьера сначала в Дружине, а потом и Патруле наглядно показывала, что между внешностью и деловыми качествами этого человека есть очень большая разница.

Второй представитель Патруля в кабинете — Крест — хмуро посмотрел на меня и отвернулся к висевшей на стене карте Приграничья.

Ого! Хватило бы пальцев рук, чтобы пересчитать тех, кто мог безнаказанно довести его до белого каления, но человек, сидевший во главе стола, в их число входил. Полковник Олег Перов — заместитель воеводы — обладал очень большими возможностями. Общаться с ним мне довелось всего один раз, но и этого хватило за глаза. И, чтобы на всю оставшуюся жизнь запомнить этого недавно отметившего сорокапятилетний юбилей коренастого мужчину со скуластым, словно вырезанным из дубовой доски лицом, никаких усилий прилагать не пришлось. Заместитель воеводы, отслуживший лет двадцать в десантных войсках, сам был человеком неслабым и предпочитал работать с себе подобными. Для тех, кто не служил в армии, устроиться в Дружину было просто-напросто невозможно. Да и первые месяцы муштры выдерживали далеко не все.

— Садись! — Перов, по обыкновению одетый в камуфляж — на петлицах три прямоугольника — с закатанными по локоть рукавами, придвинул к себе скоросшиватель, раскрыл его и начал просматривать исписанные синими чернилами листы.

Я присел на стоящий рядом со столом стул, развернулся в сторону от начальства и перевел взгляд на развалившегося на диванчике хлыща, единственного в кабинете, кого раньше никогда не видел. В первую очередь внимание привлекла его одежда: темно-синий костюм в едва заметную серую полоску, черная водолазка с воротником под горло и шикарные кожаные туфли, серебряные пряжки на которых стоили никак не меньше моего трехмесячного жалованья.