Сборник "Проект «Оборотень»"

– Понимаешь, они считают тебя живым воплощением Бикху.

– Они, то есть эти жрицы, также считают тебя своим мужем.

От такого изобилия даже у бегемота рожа треснет.

– Так, жрицы тоже свободны.

– Я боюсь, господин, что просто так ты от них не отделаешься, – с грустью в голосе сказал Арох.

– Если ты их отвергнешь, в качестве развода они обещали устроить коллективное самоубийство.

Арох задумчиво посмотрел на меня.

– А кто их знает! Прецедента как-то не было…

– Ладно, познакомимся, поговорим… Что-нибудь еще?

– Существенного нет.

– Тогда пойду, поброжу по саду. Если что, беспокой, не стесняйся.

Ранним утром нет лучше ёршика для мозгов, чем медитация. А динамическая – король всех прочих. Это я усвоил еще в детстве. «Солнечный дракон» подарил мне утраченное было равновесие. Я окунулся в Движение мягко, как в лесной родничок, не потревожив ни единого лепестка на его берегу. Мягкие волны его беззвучных течений вели меня по своим тайным лабиринтам, пока, наконец, не подняли наверх, где солнце вошло в меня, оставшись в груди маленьким комочком тепла и света.

– Ты когда встал? – спросил я его как можно строже.

– Извини. – Он виновато помялся. – Не отошел еще после той ночи…

– Запомни. Ты прежде всего «Небесный страж». Ката «Хрустальных нитей» тридцать раз подряд. И не появляйся, пока не закончишь.

– Так это же два эи!

– Пока ты споришь, время идет, – сказал я, ехидно улыбаясь.

Унылый Лиро побрел на дальнюю поляну, а я одним движением смахнул с себя накидку, разбежался, подпрыгнул вверх и по длинной плавной дуге вошел в гладкую, как стекло, воду бассейна. Не успели мои ноги коснуться дна, как я выгнулся, что есть силы, вверх и, выброшенный инерцией собственного тела, вылетел на бортик бассейна с другой стороны. Лучше любого душа. На такой скорости вода тверже мочалки…

Я как был голый, так и прошлепал наверх в спальню.

Там, белый на белом, висел на манекене сияющий золотом мундир полного генерала или как они здесь говорили, алго, сшитый буквально за ночь в Императорском ателье. Разглядывая его, я задумчиво подошел к удивительной красоты резному бару-холодильнику из белого дерева. Я улыбнулся, вспомнив свою сверхскоростную карьеру в Императорской армии. Всю мою дорогу по этому миру меня сопровождала какая-то немыслимая и разнузданная удача.