Сборник "Проект «Оборотень»"

Для начала я переключил все датчики температуры и потока на нерабочие ячейки, указав с клавиатуры компьютера новую локацию замеров. Потом с этого же пульта увеличил как мог частоту питающего напряжения и отключил второй пульт управления. Далее блокировал механическую защиту реактора включением режима «аварийный». И напоследок накоротко замкнул вводной и выходящий потоки воды. Теперь вода ничего не охлаждала, а бесцельно циркулировала по трубам. В общем, время пошло. Нормальная аппаратура выдержит повышение питающей частоты только минуты две.

– Уходим! – Я махнул рукой.

Не отвечая, я потащил ее в сторону реактора. Нахватаем мы, конечно, прилично, но не смертельно. Остановился я только возле двери с универсальным изображением мусорного бачка и какой-то надписью.

– Мусоросброс? – спросил я, ткнув пальцем в надпись. Она только кивнула. Сегодня явно наш день. Выберусь, точно свечек в храме понаставлю. Знать бы только кому…

За дверью находился только невысокий бетонный колодец. Я заглянул в него и крякнул от досады.

Торопясь, я стягивал с себя униформу, а Кло с ужасом за этим наблюдала. Она, похоже, до последнего момента не верила, что я собираюсь бежать именно через трубу.

Разорвав штаны на лоскуты, я обвязал как мог плотно колени, локти и кисти. Спину прикрывала подкладка от куртки. Потом я, не доверяя женским рукам, замотал как мог Кло и надел на нее остатки одежды.

– Зачем это все? – Она посмотрела сначала на меня, затем на свои обмотанные тряпками руки.

Я ответил коротко как мог:

– Есть шанс выжить. Попробуем?

В ответ она собранно кивнула.

Я наскоро объяснил, как упираться и как правильно соскальзывать. Под конец сказал:

– Вообще то полагается пустить тебя первой. Если ты сорвешься…

– То я не потащу тебя за собой, – безжалостно добавила она и, плотно сжав губы, шагнула к колодцу.

– Правильно. Но пойдешь второй, – продолжил я, удерживая ее. – Только не отставай. Если пролетишь метра два-три, возможно, я и удержу тебя.

– Почему? – спросила она, вглядываясь мне в глаза.

– Знаешь, почему-то мысль о потере члена команды, даже случайного, вызывает у меня глубокое отвращение…

На самом деле еще большее отвращение вызывала возможная гибель молодой красивой женщины, но я счел за лучшее промолчать.

Стенки колодца были обжигающе холодны.