Сборник "Проект «Оборотень»"

Напомню, что по Конвенту 184 Имперского положения о судоходстве вам запрещено ввозить на планету второго класса любое наступательное вооружение, вам запрещено…

Мимика, жесты-паразиты, еще кое-что.

Нет, все-таки человек.

Я еще минут пять слушал, чего еще там мне запрещено, и улыбался.

Потому что яхта «Игла» в недалеком своем девичестве называлась штурмовым рейдером класса «Саттро»{Одиночка.} и отсутствовала во «Флотском кадастре» по причине новизны.

В общем, оружие у меня было. Но кое-что меня все-таки пусть частично, но оправдывало.

Я не собирался устраивать террористических актов и революций, не собирался подло обманывать славную Таможенную службу и контрабандой тащить оружие на планету. Я собирался просто отдохнуть. А рейдер мне просто подарили. Ну хорошо, не просто подарили. Но я его не украл. Тем более что это физически невозможно.

Авор-6 встретил меня дождем. Это, наверное, судьба. Первый мой приезд на любую планету всегда сопровождается осадками. Иногда это смешно, как когда на Иллионе шел дождь с лягушками и огромные черные жабы шумно плюхались в лужи на бетоне космодрома, иногда грустно, как на Мэннион, когда моя рота попала под ракетный удар повстанцев.

Но в большинстве случаев просто сыро.

А вот и стоянка космопорта, где должна была ждать машина, заказанная квартирьерским управлением.

Помню, как-то мне подогнали Лирахского «Танцующего медведя», странное сочетание вездехода и гоночной машины. Но тут я абсолютно ничего не мог поделать.

Квартирьеры, как и служба охраны и наблюдения Двора, мне совершенно не подчинялись. Я максимум мог наорать на них, чего, естественно, никогда не делал. Ну почти никогда.

Обычно мой транспорт появлялся часа на полтора раньше меня, и в лучшем случае его окружала толпа зевак. В худшем – кольцо бронетехники.

Выйдя на площадь перед портом, я внимательно осмотрел площадь. Нет, вроде все спокойно. Стройные ряды различных по цвету и калибру машин. В углу площади группа оживленно беседующих полицейских рядом с автобусом неброского серого цвета.

Которая среди них моя? Отчаявшись угадать, я вынул ключи и нажал кнопку «сигнал». В глубине души, уже зная ответ, но надежда, как известно, умирает последней.

Звук шел со стороны автобуса.

И все-таки я решил подойти. А вдруг на этом можно ездить? Ну или хотя бы добраться до города?

– Это ваша машина? – Обращавшийся ко мне полицейский говорил на сравнительно неплохом Ингал‑2. – Видимо да.