Она имела квартиру в городе, на даче жила с ранней весны."
"Машина профессора стояла не на участке, а в сторонке, в небольшой рощице. Поэтому ее сразу не связали с пожаром. А когда наконец у милиции дошли руки до машины, то обнаружилось, что владелец ее – профессор Шереметьев.
По телевизору показали кадры, где видно было пепелище, и какой-то сомнительного вида мужичок – не то сосед, не то сторож, бормотал неуверенно, что вроде бы видели в поселке эту машину и раньше и что в тот день стояла она в роще часов примерно с пяти.
– Сволочи! – не выдержала я.
– Точно! – согласился отец. – А что такое?
– Да вот, свидетеля нашли! Да он за бутылку водки что хочешь вспомнит!
– Ну, не знаю, – протянул отец, – а ты думаешь, что профессор не мог к той бабе ездить?
И, поскольку я молчала, он продолжал увереннее:
– А что? Обычное дело… ну, это самое… а потом заснули, печку забыли – вот и пожар. В деревенском доме очень осторожным нужно быть.
– Да он же старый совсем был! Куда ему еще к бабе? – в запальчивости начала я, но прикусила язык.
– А ты откуда знаешь, что старый? – Отец глядел подозрительно.
– Да ладно, нашли, значит, нашли. – Я махнула рукой и ушла к себе.
Вот как все получилось. Значит, они убили профессора прямо там, у меня над головой. А потом увезли. И устроили пожар. Да еще скомпрометировать человека захотели – женщину какую-то постороннюю приплели. Ее тоже ни за что убили.
Итак, пожар был в среду ночью. А я видела профессора вечером часов примерно в восемь.
То есть если отбросить вранье сторожа насчет машины, то теоретически профессор мог сначала побывать на улице Ландау, а после поехать к даме на дачу, но тогда отчего же мои преследователи так не хотят, чтобы об этом узнали? Да потому, что профессор сообщил мне номер той квартиры, куда он направлялся. И через эту квартиру можно, значит, как-то на них выйти. Что я и попробую сделать буквально завтра.
Назавтра с утра я принарядилась и отправилась к ненаглядному на работу.
Нужно было ковать железо, пока горячо, а то как бы он не передумал знакомить меня с журналистом Чепцовым.
На улице была чудная погода, светило солнце, так что я даже расстегнула куртку. Под курткой на мне был бледно-голубой свитер. Волосы сегодня находились в легком беспорядке, так что я только пригладила их щеткой и, взглянув на себя в зеркало, осталась довольна своей внешностью. Странно, раньше такое бывало крайне редко.
