– Господи, ты замерз совсем!
– Как стемнело, – торопливо рассказывал Родион. – Я все рисовал, а потом понял, что уже поздно! И стал тебе звонить, а у тебя телефон не отвечает. Я к Саше сбегал, там тоже никого. Папе я решил ничего не говорить!
– Правильно ты решил.
– Мы с Буськой к магазину тоже сбегали, а потом еще… туда. Где полиция.
– Зачем?!
Ну как он мог объяснить – зачем.
Он так перепугался, когда понял, что ее нет, испытал такой ужас – вдруг она тоже исчезла навсегда, как его мать!.. Ему было семь лет, когда мать пропала, а потом оказалось, что она умерла.
Он помнил этот момент. Вот к нему наклоняется чье-то лицо, и губы произносят: «Твоя мама умерла».
Если бы не собака, которая на этот раз была с ним, он наверняка тоже умер бы от ужаса.
Но собака не дала ему пропасть.
Вместе они побежали искать Тоню.
Должно быть, в поисках не было никакого смысла, но нужно было что-то делать, двигаться, мчаться!..
Они бегали по улицам, и уже совсем стемнело, и они вернулись на Заречную, но в дом не пошли.
Возвращение в дом означало бы, что поиски провалились окончательно и они остались вдвоем на всем белом свете!
Тут Родион вспомнил об отце, но звонить ему не стал – чтоб тот не помчался ночью на машине. Родион знал, что это опасно, но отец помчится, если он ему скажет.
И не сказал.
Они с Буськой стояли под фонарем, мерзли и тряслись, и ни одна машина не проехала по дороге и не свернула к ним!
А потом показался «Мерседес».
– Бедный мой мальчик, – продолжала причитать Тонечка.
– Так я и знала! Так и знала! Но думала, может, ты рисуешь и ничего не замечаешь!
– Тоня, – сказал мальчишка, – как хорошо, что ты вернулась.
– Я никогда и никуда не денусь. – Мачеха прижала его к себе еще крепче. – Ты держи это в голове, понял? На всякий пожарный случай!
Он шмыгнул носом:
– Понял.
Из темноты подошел высокий мужик в камуфляже и сказал тяжелым голосом:
– Это я виноват, парень. Я уехал, калитка захлопнулась, и твоя мама не смогла выбраться.
– Ты небось голодный, да? Я страшно хочу есть! И комары закусали, ужас! Саша меня содой мазала! – Тонечка говорила очень громко, так, чтоб заглушить мальчишкины страхи и собственное чувство вины перед ним.
– Давайте все чай пить, сейчас самое время!..
– Поздно уже, – сказала Саша устало. – Сил нет. Я домой пойду.
– А мы тебя проводим, – решила Тонечка. Им с Родионом было просто необходимо еще немного подержаться за руки, побыть рядом друг с другом. – И Федора Петровича проводим тоже.
