– Лидия Ивановна вас не знакомила, когда вы к ней приезжали?
– Я редко приезжал, – признался Федор Петрович. – Она ко мне в Москву чаще наведывалась.
…Вот это новость! Тонечка посмотрела на него.
Выходит, старая княгиня не была такой уж одинокой! И этот мужик – прямо полноценный внук, раз она ездила к нему в Москву.
– Но все равно мы виделись мало, – продолжал он словно с досадой. – У меня такая работа, меня никогда не бывает дома!
Тонечка хотела было спросить, что это за работа, и не стала.
– Дядя Арсэн пачиныт, – объявил сапожник.
– Шовчыки будут адын к аднаму, под мыкраскопом станэшь искать, нэ найдэшь! За ынтсрумэнт схажу! Вы здэс жди!
Он протопал сапожищами по гулким половицам, за ним протащился шлейф запаха дешевого табака, кожи и дегтя.
– Спасибо вам за помощь, – промолвил Федор Петрович, когда голова дяди Арсена проплывала под окнами. – Я бы сам не догадался, конечно.
– Дядя Арсен говорит, что у вашей тети обувь была превосходного качества.
Он кивнул.
– У нее все было превосходное! – И улыбнулся. – Она не любила подделок ни в чем. И сама была… настоящей.
Тонечка разогналась было спросить про Рубенса, Голландию и папу римского, но он ее перебил:
– Вы же наверняка и священника знаете, Антонина.
Тонечка секунду вспоминала, знает она священника или нет.
– Да, конечно, – спохватилась она, уяснив, что речь идет об отце Илларионе.
– Мне к нему нужно сходить, – сказал Федор Петрович. – Проводите меня?
– Ну, конечно. Только я должна проконтролировать Родиона.
Если его не усадить заниматься, он будет все время только рисовать. И обедать тоже не будет.
– Ему нравилось рисовать тетю Лиду?
Тонечка хотела было сказать, что Родиону вообще нравится рисовать странное, но вовремя остановилась.
Федор Петрович остался снаружи, а Тонечка забежала в дом и поднялась на второй этаж.
Родион, разумеется, не учил уроки, но почему-то и не рисовал. Он сидел в обнимку со своей собакой, подтащив ее к самым глазам, и перебирал шерсть на спине, словно что-то искал.
Тонечка изумилась:
– Что ты делаешь?
Не поднимая головы, Родион пробормотал:
– Ищу клещей.
Тонечка приблизилась, присела рядом на корточки и заглянула ему под руку. Буся моментально привскочила, встряхнулась и лизнула Тонечке руку.
– Я с нее сегодня снял клеща, – выговорил Родион трагическим тоном. Этому тону он научился у Насти, она умела «дать трагедию». – Мы пошли камыш рисовать туда, к ручью.
