Должно быть, супруга режиссера большой специалист, если работает в таком прекрасном месте!
За письменным столом – дерево, сукно, бронзовый прибор и дорогущий маленький компьютер, все самое настоящее, – сидела девушка в строгом деловом костюме и очках. Она набирала текст, ухоженные пальцы двигались словно сами по себе, почти незаметно – высший пилотаж.
Тонечка сказала, что она к Зое Евгеньевне. Девушка приветливо предложила ей присесть – вон кресла.
Тонечка вздохнула, ей стало неловко.
…Прав Герман! Она явилась к постороннему человеку – зачем?! У этого человека вон какая жизнь, а Тонечкино глупое и ненужное сочувствие испортит эту самую жизнь!
Впрочем, смерть всегда портит жизнь…
– Это вы мне звонили?
Тонечка неловко повернулась и поднялась, тоже неловко.
– Я Зоя Филиппова, – продолжала ровным голосом молодая и прекрасная красавица. – Вы что-то хотите мне сказать?
– Если можно, не здесь, – умоляющим голосом попросила Тонечка. – Это недолго, извините меня.
Красавица хмыкнула, пожала плечами и сказала:
– Пойдемте.
Тонечка поплелась за ней.
У красавицы были совершенные ноги, совершенная спина, совершенная талия. Волосы как из рекламы шампуня, у людей не бывает таких волос, как в рекламе!..
Может, секретарша ошиблась, и красавица никакая не жена покойного режиссера Филиппова – псевдоним Ваня Сусанин! – а, например, одна из подруг великого продюсера?
На подругу великого продюсера красавица была похожа, а на жену режиссера Филиппова – нет.
В просторном кабинете было словно еще тише, глуше.
Мебель дорогая и добротная, очень современная, странная, ломаных линий. Таких интерьеров не показывали ни в каком кино – слишком дорого и непонятно «простому зрителю», как сказал бы Герман.
– Вот сюда, – и красавица показала, куда именно Тонечке разрешено поместиться. – Что вам нужно?
– Я была с вашим мужем, когда он… сегодня утром он…
– Помер, – сказала красавица, рассматривая ее. – Я знаю. Вам нужны деньги?
– Почему деньги? – смешалась Тонечка.
– Вы его любовница и вам нужны деньги? Вам он тоже обещал?
– Я сценарист, – сказала Тонечка, изо всех сил жалея, что впуталась в такую ерунду.
– И я была утром в квартире Василия. Он умер у меня на глазах.
– Какая потеря, – проговорила красавица. – Он обещал вам денег и вы пришли за ними?
Тонечка почесала голову, темные очки свалились на пол, она полезла их поднимать. Когда она вынырнула из-под стола, щеки у нее были пунцовыми.
– Зоя Евгеньевна, – начала она. – Я просто сценарист, а не любовница вашего мужа.
