Я невольно обернулась, задрала голову, посмотрела ему в лицо и улыбнулась.
Мы летели, глядя глаза в глаза, мои зеленые скрестились с его серыми. Я не смогла отвести взгляд, так мы и смотрели друг на друга. Только он, кажется, любовался мной, а я… тоже, наверное. Щеки снова загорелись от смущения, и я поспешно отвернулась. Эрн чуть теснее прижал меня к себе. А я и не против, так надежнее, ага. Потом и сама прижалась щекой к его груди, прикрытой тонкой, нежной тканью кимоно. Собственный, какой-то грозовой запах Эрна смешался с травяным от моей мази.
Сильно, уверенно, размеренно стучало сердце горгула.
Вскоре, вновь посмотрев на него, я спросила:
– Тебе не тяжело?
Эрн впервые улыбнулся, не широко, но заметно:
– Нет, моя маленькая, заботливая ведьмочка. Я же говорил, что в нижних слоях веса не чувствуется, воздушные потоки держат. Так лететь можно часами.
Порадовавшись комплиментам, я все-таки предупредила:
– Это хорошо, тебе сейчас нельзя перегружаться.
Кожа пострадала, новые травмы ни к чему!
– Не волнуйся, Пятачок мира – источник силы, там быстро восстановимся. И твоя мазь очень помогает.
Я промолчала. Просто будучи в надежных руках, сытая и чистая, любовалась с высоты птичьего полета миром. Несмотря на то, что случилось недавно, а может, именно благодаря этому, меня охватил восторг: сколько же еще прекрасного и удивительного я увижу в своей жизни! Ведь живая!
Нет, потому что живая!
Глава 14
В небе я неожиданно осознала, что пересекла ту самую Грань миров, покинула земли людей и теперь на неизведанной территории.
В Серых пределах, о которых мой гримуар не так уж много знает. Стоило вспомнить о семейном магическом архиве, как в мыслях будто плотину прорвало, меня буквально затопило суматошно вываливаемой информацией, самой разносторонней.
Рецепт гномьего самогона, который пьется как вода, а с ног свалит даже горгула, вызвал у меня легкий ступор, я на минутку зависла: пригодится или нет.
А вот способ договориться с любым природным ландшафтом, чтобы подсказал легкую и безопасную дорожку – весьма полезная вещь в жизни беглой, нет, путешествующей ведьмы.
Благодаря потоку «халявы» я догадалась, что гримуар, отрезанный пустошью от подопечной, причем последней в роду, сошел с ума от беспокойства и выдавал варианты защиты, не дозируя информацию. Еле-еле успокоился.
