Затем как-то по-хозяйски провел по ноге выше, немного сдвигая ткань, лишая спокойствия и будто гипнотизируя.
– Что-то случилось, Елка? Отвар горячий или мясо плохо прожарили? – пророкотал он.
Я принужденно улыбнулась, разорвала наш зрительный контакт, бросила взгляд на его ладонь на своем бедре и… при посторонних не рискнула сказать, чтобы не лапал. Ведь это может повлечь за собой развитие других тем, сейчас для меня слишком сложных и главное – неуместных. Так я ему и сказала при всех!
– Нет, ничего, с мясом все в порядке, и с отваром тоже.
Великий, как называют горгулы своего повелителя, вместе с тремя телохранителями ненавязчиво наблюдал за мной. И хотя в темных глазах в сумерках светилось лишь едва заметное любопытство, уже познакомившись с особенностями этой расы, я понимала, что «новенькие» внимательно меня изучают. Зная, кто они, какое положение занимают Эрн и Анарек, я волновалась чем дальше, тем больше. Как говорит опыт, от «великих и верховных» хорошего ждать не приходится.
Анарек, видимо, ощутив мое состояние, неожиданно нарушил тишину, но выбрал другую тему:
– Место, где вас отравили, мы нашли неделю назад.
Местные… работники так и не поняли, что произошло. Мы очень пристрастно опросили каждую… каждого. Два охранника и хозяйка оказались причастны к вашему похищению, но их использовали вслепую. Охране просто приказали забыть о вашем визите в то заведение, а хозяйку вынудили разрешить посторонней служанке, как выяснилось, присланной Лишарой, прислуживать вам. Она подала отравленное вино, причем для каждого был подобран свой собственный яд.
Дальше вас в бессознательном состоянии перенесли порталом…
– …в полуразрушенную хибару недалеко от пустоши, – закончил Эрн и прояснил подробности своих злоключений, вряд ли известные брату: – Там же надели ошейники и провели ритуал привязки к хозяину, приказав находиться в срединной ипостаси. Затем тайком, переодевшись торговцами, переправили нас через Грань миров и продали работорговцам в Барвике.
Великий кивнул и закончил:
– Про артефакты подчинения и иссушения не знал никто, кроме главных участников.
Про заговор – тем более. В курсе лишь единицы.
– Сомневаюсь, что Зорен, даже с побратимами, провернул бы это в одиночку, – спокойно заметил Эрн и словно невзначай начал поглаживать мое бедро, то ли себя успокаивая, то ли меня."
"Но мне эти прикосновения покоя точно не принесли. В компании четырех незнакомцев, трех из которых мне даже по именам не представили, еще сильнее обострялось восприятие.
