Хватит уже кормить Тьму нашими жизнями и магией и ослаблять собственный народ, не позволяя рождаться сильным светлым магам! – Посмотрев прямо в глаза Мартису, я с жаром напомнила: – Вспомните, как вы приволокли меня в храм Пресветлого, а он щедро одарил меня своим Светом и отеческим теплом. Вы тогда лично признались, что подобное благоволение Пресветлого случается нечасто! Неужели воля богов ничего для вас не значит? Как им еще донести до вас, что вы ошибаетесь!
– Чего ты хочешь, светлая ведьма? – сухо выдавил Мартис.
– Я? Ничего! Лишь желаю всеми силами сохранить на Мирее Свет. Договоритесь с драконами, и всех темных ведьм отдавайте им. Живыми! Светлых – оберегайте и защищайте, ведь они совершенно беззащитны перед злом и ненавистью мира, зато способны дать ему столько прекрасного и доброго! Запомните: любовь дарят, а не навязывают! Ведьма – всегда ведьма, поэтому способ сбежать из плена найдет.
Уф, все, я выдохлась. Эрн не стал слушать, чем ответят ловчие, подхватил меня на руки и с места взмыл в небо.
За ним, окатив людей в белом воздушной волной с пылью и мусором, устремились остальные горгулы.
Жрецы даже не дрогнули, вызвав у меня гордость: среди людей много сильных и смелых воинов. И как раз сейчас самые сильные весьма задумчиво смотрели мне вслед. Надеюсь, мои слова попали на благодатную почву. Учитывая, что лир Мартис – главный ловчий, то есть лицо, облеченное в ордене Света властью, перемены не за горами.
– Хагана, зачем вам это? В чем глубинный смысл подобного разговора? – полюбопытствовал Сайлеш.
Пересаживать меня на ковер Эрн не стал. Крепче прижал к себе и терся носом о мою макушку.
– Я ведьма! Мои дочери тоже будут ведьмами! И я не хочу жить в мире, где на любую обладательницу красной шевелюры открыта смертельная охота.
– Охотиться не перестанут, просто изменятся цели преследования, – флегматично пробасил Сайлеш.
– Гораздо проще сбежать от мужчины, который пытается заслужить твою любовь, чем от убийцы. Вам так не кажется? – иронично спросила я.
– За что вы натравили людей на нагшаров? – с едва заметной ухмылкой спросил Лешар.
– Когда это? – вытаращилась я. – Я в целом о темных говорила.
– Чтобы усилить значение светлых ведьм для людей, – кивнул этот представитель клана Изумруд.
– Когда свой зад подгорает, о чужом думаешь в последнюю очередь, – смутилась я, а потом со стыдом добавила: – Нечаянно вышло. Я совсем не хотела вести разговор в эту сторону.
– Да-да, ведьмы вам, конечно, ближе, чем змеи! – хмыкнул Трой.
