Открыть крышку оказалось нелегко. Она была не только тяжелой, но и никак не поддавалась. Вдвоем мы едва справились.
Я осмотрела одежду, которая лежала внутри. Платья, туфли, накидки, а вот и та самая шляпа, — Сара с торжествующим криком схватила ее.
Она надела ее и стала выглядеть в ней так, будто сошла с какой-то картины.
— Я представляю, как Хагар могла испугаться, — сказала я.
— Хагар надолго Не запугаешь. — Она внимательно посмотрела на меня. — Некоторые люди не могут долго бояться.
Сначала они испугаются, а потом… уже нет. Ты такая же, Хагар."
"Вдруг я почувствовала, как душно здесь, на верхнем этаже. И что это за странная женщина стоит передо мной? Взгляд ее голубых глаз был то совершенно отсутствующим, то проницательным.
Она склонилась над сундуком, достала длинную шелковую мантилью, обернула ее вокруг себя. На голове у нее все еще была шляпа.
— А теперь, — сказала она, — мне кажется, что это уже не я, а кто-то еще… кто жил в этом доме давным-давно.
Когда надеваешь чужую одежду, то становишься похожим на того, кто носил ее… — Она засмеялась. — Интересно, а если бы я одела монашескую рясу, я бы почувствовала себя монахом?
— Тетя Сара, — сказала я умоляюще. — Где монашеская ряса?
Она помолчала в глубоком раздумье, и мне показалось, что сейчас она скажет, где ее найти… Но вместо этого она ответила:
— Она на монахе, который приходил в твою комнату, Кэтрин, — вот где монашеская ряса.
Я начала вытаскивать всю одежду из сундука, но здесь рясы не оказалось. Тогда я обратилась к сундукам поменьше и их тоже перерыла. Не найдя того, что искала, я почувствовала себя опустошенной. Я растерянно обернулась к Саре, которая с серьезным видом наблюдала за мной.
— В доме есть еще и другие сундуки, — сказала она.
— Где?
Она покачала головой.
— Я редко выхожу из своей части дома.
Я опять ощутила приступ слабости. В комнате явно не хватало воздуха — она показалась мне тесной, здесь пахло пылью и стариной.
«Что было известно Саре?» — продолжала я спрашивать себя. Иногда она казалась такой наивной, а иногда — производила впечатление человека, который знает очень многое.
Знала ли она о том, кто приходил ко мне в комнату под видом монаха? Может быть, это вообще была она сама?
Неприятное ощущение не оставляло меня, и мне захотелось поскорее выбраться отсюда и попасть в свою комнату.
