Она открыла ему дверь, условно одетая в прозрачный пеньюар, накинутый на голое тело, и пока Юрий совершенно ошарашенно уставился на это самое тело, протянула руку, ухватила его за лацкан пиджака и рванула к себе с неожиданной силой.
Как только Костромин прижался к телу девушки, в тот же миг все вокруг них поглотила тьма непроглядная, в которую был увлечен весь его разум и сознание.
Между ними происходило какое-то дикое, исступленное животное совокупление, завершившееся безудержным оргазмом, граничащим с болью.
Ничего подобного никогда Костромин не испытывал. Они несколько часов подряд занимались неистовым сексом, отнявшим у него все жизненные силы и разум, пока не распластались на кровати, полностью обессиленные и истощенные.
Костромин уже практически провалился в беспокойный сон, когда на самой последней секунде, граничащей между сном и явью, перед ним вдруг возникло лицо Варюхи.
И, как заветный огонек в окнах родного дома, где тебя всегда ждут, пробивающийся сквозь непроглядную тьму ночи, обогрели его огоньки ее весенних глаз, и она твердо, но обеспокоенно произнесла:
– Уходи оттуда, Юра! Тебе нельзя там оставаться, и спать там нельзя! Уходи!
Сил не было вообще! То есть даже сколько-нибудь, ощущение было такое, что его полностью выпили до дна. Какой волей, бог знает, но Юра смог заставить себя сначала перекатиться на бок, потом как-то со стонами и стариковским кряхтением сесть, спустив ноги с кровати.
Посидел немного, перевел дыхание и заставил себя встать.
Хотел просто одеться и уйти, но, реально оценив свое физическое состояние, понял, что не сможет, надо как-то взбодриться, и поплелся в душ."
"Осмотрев себя в зеркале, Костромин не удивился тому, что был весь исцарапан – на спине, груди и животе везде остались кровавые следы от ее ногтей, имелась еще и парочка укусов на плечах.
Он удивился тому, что не истерзан и не исполосован полностью, а на плечах только укусы, а не вырванные куски мяса – настолько безудержно и агрессивно Маргарита вела себя в постели, до безумия и какой-то низменной животности – царапала его, кусала, громко выла и даже визжала совсем дико, не говоря об определенных «пристрастиях» в сексе.
