А тот ошмёток, что бьётся в груди, пропитан болью, страхом и одиночеством.
— Илья. Что с ним?
— Всё в порядке. Операция прошла успешно. Мне разрешили на него посмотреть. Он спит. Спит.
Янина всхлипнула и обхватила меня за шею руками. Прижалась всем телом, рыдая
Мне снова хочется, чёрт подери, сделать всё: перевернуть землю, засадить мёртвую пустыню цветами или заставить звёзды плясать хороводом вокруг неё.
Лишь бы Янина не рыдала так отчаянно.
— Спасибо. Спасибо…
Горло перехватило. Мне стало трудно дышать.
Сердце билось через силу. Мои пальцы крепко стиснули её талию.
— Нам здесь больше нечего делать. Поехали.
— Я не могу. Я останусь. Володя, я не могу уехать.
— Ты встанешь и уедешь сейчас вместе со мной. Добровольно, или я просто отнесу тебя.
Зазвонил телефон. Такси уже дожидалось нас у выхода.
— Мы ничем не поможем. Врачи сделали всё возможное. Приедем сюда завтра. Янина…
Я встал, протягивая ей руку. Она поколебалась, но всё-таки послушно вложила свою ладонь в мою руку.
Уже переступив порог арендованной квартиры, я понял, что на кухне нет ни крошки съестного.
— Ты голодна? Может быть, найдём круглосуточный магазин? — предложил я.
— Мне кусок в горло не полезет…
Янина умылась и сразу направилась в спальню. Я покружил по чужой квартире, казавшейся неживой, пусть и она была хорошо обставлена. Единственный огонёк теплился не здесь, а в соседней комнате.
Чувствуя противное дежа-вю, я без стука вошёл в спальню. Янина приподнялась на кровати и прижала одеяло к груди.
— Владимир?..
Я замер на пороге, разглядывая её в полумраке. Нравится до одури… Даже такая, побледневшая и измученная. Мы как будто вернулись на три года назад.
Я не совсем понимаю, почему она выбрала быть такой путь. Но потом вспоминаю всё, до мельчайших деталей, признавая и свою вину.
Если бы не мой бешеный напор и неуёмное желание контролировать всё вокруг!
Вдруг жизнь сложилась бы иначе? Нужно было быть мягче, спокойнее, осторожнее. Нужно действовать аккуратнее.
Но рядом с Яниной мне окончательно срывает стоп-кран. Сейчас я не понимаю, как я продержался всё это время вдали от неё. Было ли что-то живое в моей жизни без неё?
Я преуспел, расширил бизнес.
Судорожно пытаюсь найти что-то ещё. Ничего, пустота. Вспоминается только один звонок. И короткий телефонный разговор с Яниной.
Всё остальное — как в пьяном дурмане.
Безлико, смазано, серо.
Сейчас, когда я нахожусь рядом с ней, я словно заново учусь быть живым.
