Мне остаётся только смириться с ролью временной любовницы, которая должна зачать от Володи.
Мы живём вместе на протяжении нескольких дней вместе. Эмоциональный тон наших разговоров заметно потеплел, градус напряжения снизился. Теперь, когда каждый из нас едва ли не проорал другому в лицо о своих прошлых обидах, стало намного легче.
Со старыми обидами мы разобрались? Пора обзаводиться новыми…
Мы регулярно посещаем больницу, едим, гуляем, спим вместе и занимаемся сексом. Владимир не спрашивает: можно ли и хочу ли я.
Он просто берёт меня, как ему захочется. Умело и властно вертит меня в своих руках, заставляя испытывать невероятные эмоции и переживать потрясающие моменты.
Мы не разговариваем и о будущем. Есть только сейчас.
Тревожно-затравленные взгляды в коридорах больницы и жаркий секс в стенах съёмной квартиры, как заверение того, что мы справимся с нынешними проблемами и наживём себе новые.
Илье сделали переливание крови. Через некоторое время состояние Ильи стало уже достаточно стабильным.
Его перевели из реанимационного отделения в обычную палату. Нам разрешили увидеться с сыном.
Я тряслась от страха и волнения в коридоре больницы. Я вдавливала ногти в ладонь изо всех сил, чувствуя, как сердце заходится в бешеном ритме, и становится трудно дышать. В очередной раз смахнула слёзы с глаз.
Наконец появился Володя с врачом, наблюдающим за Илюшей. Они обсуждали возможность транспортировки сына.
Володя не хотел, чтобы Илью лечили здесь. Он настаивал, что его нужно перевозить в другой, более современный центр.
— Пойдёмте, проведу вас к сыну, — улыбнулся врач.
Я остановилась у дверей палаты. Врач шагнул внутрь первым. Я сделала шаг вслед за ним и застыла, обернувшись, умоляюще посмотрела на Володю:
— Пойдём со мной? Мне страшно.
Володя выругался, стиснув мои пальцы.
— И что там меня ждёт? Представишь меня сыну, как Деда Мороза без бороды?
— Нет.
Я поспешно выдернула руку из захвата горячих мужских ладоней.
— Если не хочешь идти, я тебя не заставляю.
Ты всё равно получишь то, что хочешь. Мы же договорились …
Володя сжал челюсти, процедив сквозь зубы.
— Не напоминай. Иначе затолкаю тебя в туалет и приступлю к делу прямо там. Я хочу увидеть своего сына в сознании. Но не хочу, чтобы ты снова пыталась выставить меня кем-то ещё, кроме…
— Ты его папа, Володя.
Я поправила халат и зашла в палату, вздыхая с облегчением от того, что Володя зашёл следом за мной.
Мы остановились у больничной кровати.
