Я не могу сказать, что сильно рад этой девушке, но за своего внука я буду стоять горой!
Отец что-то ещё сказал маме, я не расслышал. Потом он отошёл. Мама помолчала, а потом спросила:
— Володя, ты уверен, что не ошибаешься?
— Уверен, мама.
— Почему мы только что узнали о внуке? Ты знал о нём? Почему ты знал и не рассказывал нам ничего?
— Потому что у Янины был сложный период. Она закрылась от всех. Не нужно было мешать ей пожить самой. Как только возникла необходимость, она попросила меня о помощи.
— Вот! — торжествующе сказала мама.
— Показательный момент! Когда потребовалась помощь! Конечно, в такие моменты Русаковы сразу оказываются нужны!
— Мама! — позвал я. — Прекрати. Я не хочу больше слышать ни слова упрёка в адрес Янины. Это жизнь. Её жизнь сложилась именно так. Нам всем было сложно. Ей — тем более…
— Хорошо.
Мама помолчала, а потом спросила:
— Это точно сын Ярослава?
— Я знаю, как ты любишь задавать неудобные вопросы, мама. Но сейчас не время их задавать. К вам прилетит родной и, надеюсь, любимый внук.
Это всё, что вам нужно знать.
Мама вздохнула и перевела тему:
— Понятия не имею, почему вы с Алиной, такая чудесная пара, до сих пор не завели детей…
— Потому что Алина не может иметь детей.
— Но есть же разные способы… Почему бы тебе не подумать о них? Например, суррогатное материнство."
"— Исключено, — отрезал я и внезапно признался. — К тому же я не уверен, что наш брак с Алиной ещё долго проживёт.
— Вова! Какие кошмарные новости!.. Ты собираешься разводиться? Но Алина такая красивая, умная и приятная девушка! Почему?
— На то есть свои причины, мама.
— Алина и словом не обмолвилась…
— Потому что я ещё не говорил с Алиной по этому поводу. Но сейчас, будь уверена, после нашего телефонного разговора, я её обрадую новостью о разводе.
Мама разохалась.
— Кошмарные новости… И, знаешь, мне кажется странным это совпадение! Объявилась жена нашего Ярослава, и ты сразу же надумал разводиться… Сколько лет внуку?
— Илье два года.
— Илье два года, — повторила мама. — Илья родился летом, да? Ему сейчас намного больше, чем два года? Или я чего-то не понимаю?
— Нет, — усмехнулся я, прекрасно понимая, что сейчас рванёт.
Должно было рвануть, без вариантов. Рано или поздно. Так какая разница, когда?
— Если мальчик родился в сентябре, то Илья никак не может быть сыном Ярослава! — неожиданно жёстко произнесла мама. — Но ты сказал ранее, что внук — наш родной. Вова?
— Да, мама.
