Большинство из них пошли мне навстречу, войдя в моё положение, но некоторые настаивали на немедленной выплате, напирая на то, что Слава и так просрочил с оплатой.
Я не стала унижаться и сняла оставшиеся сбережения, заплатив самым настойчивым. Всем остальным придётся ждать.
Я практически на нуле. Теперь всё будет зависеть только от того, как быстро и удачно Владимир продаст мой дом.
Я вдруг подумала, что загнала саму себя в угол.
Что, если Владимир будет нарочно оттягивать момент продажи? Поводов у него достаточно.
Хотя бы тот, что я ему нравлюсь.
Настолько нравлюсь, что он готов плюнуть на моральную сторону вопроса. Не прошло и сорока дней, а он уже вьётся коршуном вокруг меня.
Странные ощущения возникают от его близости: иногда этот мужчина кажется мне ловушкой, иногда — спасением.
Чтобы не сидеть без дела и не тосковать понапрасну, я устроилась в супермаркет фасовщицей товаров. Я расставляла соки и молоко по полкам.
Работа была однообразная и рутинная, руки к концу дня ныли от того, что постоянно приходилось задирать их кверху, расставляя товар.
Владимир звонил часто, интересуясь, как дела. Иногда я отвечала на его звонки, вежливо разговаривая с ним на общие темы, иногда игнорировала.
Но не рассказывала, что устроилась на работу. Мне был понятен его интерес, но я должна была научиться жить сама…
— Янина?
От неожиданности я вздрогнула, выронив стеклянную бутылку гранатового сока. Бутылка ударилась о твёрдый пол и разбилась. Осколки и сок брызнули во все стороны.
— Ты меня напугал! — с укоризной произнесла я, взглянув на подошедшего Владимира."
"Он нагнулся, отряхивая капли сока с дорогих брюк, и махнул рукой.
— Безнадёжно испорчено. Но что ты здесь делаешь?
— Я работаю здесь.
— Янка! Разбила, да? — послышался голос Марии.
Она была старшей по смене.
— Давай живо убирай здесь всё! Из зарплаты, понятное дело, вычтут. Вымой пол и протри загаженные полки.
Мария строго отчитала меня и удалилась, гордо подняв голову. Я двинулась в сторону подсобного помещения, но Владимир вцепился в мой локоть.
— А ну, постой! Зачем тебе это? Зачем тебе устраиваться низшим персоналом? Неужели то, что я тебе предлагал, хуже, чем это? Тебе нравится махать шваброй?
Владимир разозлился. Его зелёные глаза полыхали огнём недовольства, превратившись в узкие щёлки. Он был оскорблён тем, что я отказала на его предложение о трудоустройстве.
— Почему ты мне ничего сказала? — бушевал он. — Я же звонил тебе на днях!..
